Ну вот, начинается.

Я достаю телефон и смотрю на время.

Вечер только начался, а мне уже невмоготу здесь находиться.

- Кать, с чего ты взяла? Просто мы не подходим друг другу, и твой отец понял это раньше всех. Все же ты его любимая дочь и он желает тебе счастья.

- Но я уже все распланировала. Так ждала.

- Извини, что не смог оправдать твоих ожиданий, – говорю ей, - не обижайся.

Катька дует губы, а я не знаю, что ей еще сказать.

- Прости, - говорю в десятый раз, а потом разворачиваюсь и иду к родителям.

Они уединились в нише, стоят и о чем-то негромко переговариваются.

- Так, ну, я поеду, пожалуй, - говорю им.

Весь мой вид выражает точно такую же вселенскую скорбь от происходящего, как у Тайского, так что у матери не должно возникнуть сомнений.

Они с отцом несколько секунд изучают мое лицо, переглядываются.

- Влад, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, - говорит мать, - но не стоит волноваться.  Журналисты узнают нашу версию. Я сделаю все, чтобы мы предстали перед всеми в самом выгодном свете.

- А я сделаю все, чтобы он слетел со своего места, - шипит отец, - так поступить с нами, Градскими, так подставить. И это перед самыми выборами, когда лишнее движение боишься сделать. Задушил бы его и его дочурку голыми руками.

- Толя, не стоит так психовать, - обращается мать к отцу, а с ее губ не сходит легкая полуулыбка, обращенная ни к кому конкретно и ко всем сразу.

- Скандал мы замнем, а Владу подыщем другую невесту. Через годик, когда у него закончится траур по потерянной любви. Сейчас же нам остается только радоваться. Влад будет везде появляться с тобой с грустным потерянным видом. Представь, каково это, разочароваться в любви в таком возрасте? Все начнут сочувствовать и твои рейтинги взлетят до небес.

Складки на лбу отца несколько разглаживаются.

- Дорогая, ты чудо. Все, даже самую безвыходную ситуацию вывернешь в нашу пользу.

- Конечно, дорогой, можешь на меня положиться.

- Мам, я поеду, - говорю я и хмурюсь.