Отношения с отцом разладились со дня смерти Кира, который всегда был любимчиком отца, и с тех пор все разговоры ведутся в таком вот примерно ключе. Не считая моментов общения на публике. Там отец превосходит сам себя.

- Значит, понятия не имеешь, - продолжает отец, так и не дождавшись моего ответа, - что ж. Тогда освежим немного твою память.

С этими словами он тянется к папке, лежащей на столе и открывает ее.

- Итак, что тут у нас. Факт первый. Стоит только поинтересоваться, как ты проводишь время, и выясняется, что ты вместо элитных ресторанов и клубов, по которым тусуются, так у вас говорят, тусуются?

Я молчу, и отец продолжает.

- Так вот, вместо приличных мест, по которым тусуются все твои друзья, дети наших многоуважаемых друзей и коллег, ты Влад, оказывается, пропадаешь все время во дворе какой-то общаги в самом бедном районе нашего города. И даже устраиваешь там драки, о недопустимости которых мы с тобой неоднократно беседовали. Надеюсь, этот факт ты не будешь отрицать?

- Мог бы, кстати, сделать там нормальную дорогу.

- Ага, значит не отрицаешь, - кивает отец, пропустив мое замечание про дорогу мимо ушей, - хорошо. Идем дальше. Факт второй. В общаге живет некая девчонка, из-за которой, собственно и произошел весь сыр бор с избиением. Да, дорогой мой, есть еще люди, способные донести до нас всю необходимую информацию. А мы ведь доверяли тебе, даже слежку сняли в последнее время.

Отец картинно вздыхает, но тут же продолжает.

- Но ты не оправдал наших надежд, нет. Конечно же, мы сразу проверили всю информацию, и что же? Девчонка-то, оказывается, учится в твоем колледже, в одной с тобой группе. Нужно будет попенять Инокентию Всеволодовичу, что принимает туда кого-попало. Олимпиадников ему захотелось. Своих мало. Впрочем, не будем отвлекаться. Итак, Влад, что же дальше? Может сам мне расскажешь?

Я снова молчу.

- Нет? Ну, ладно, - кивает отец, - продолжу сам. Факт третий. Лучший друг нашей семьи, Михаил Артурович Тайский, внезапно и ни с того, ни с сего, разрывает вашу помолвку с многоуважаемой Екатериной, твоей невестой. Без каких бы то ни было предпосылок к этому неприятному шагу.

Отец отбрасывает отчет в сторону и теперь снова смотрит только на меня.

- Нус, Влад, что скажешь? Молчишь? Ну-ну.

Отец понимается с кресла и начинает расхаживать по кабинету.

- Знаешь, сын, я устал уже тебе повторять, как важен ты для нашей семьи. Особенно теперь, когда ты стал нашим единственным ребенком. Я ничего тебе не говорил, когда ты проводил время в клубах и тебя периодически видели то с одной девчонкой, то с другой. Дело молодое, я все это понимаю.