Мы отмечали его с Владом вдвоем и весьма оригинальным образом. Друзья и родственники нам точно были не нужны в тот момент.

Но теперь мы почти вернулись на землю и готовы следовать традициям. Почти готовы. Потому что Влад снова утягивает меня на кровать.

Что ж, кое в чем он настолько хорош, что я готова даже немного опоздать.

Сашина мама накрыла великолепный стол, за которым мы все размещаемся с большими удобствами.

Мы с Владом рядом. Дальше Саша, его мама и мой папа, который то и дело бросает на Ирину Владимировну задумчивые взгляды, в которых я улавливаю восхищение ею.

Такого взгляда я не видела у своего папы очень давно, с самого детства. Почти таким взглядом он смотрел когда-то на мою маму.

Папа держится трезвым уже очень долго и вначале я никак не могла понять, как ему это удается.

После стольких лет.

Постепенно выяснилось, в чем причина.

Оказывается, он перестал пить с подачи Влада.

Еще в тот момент, когда тот приезжал в общагу на разборки с Витей и тетей Людой, потратившей столько моих нервных клеток, он разговаривал с моим отцом и убедил его обратиться к специалистам. Оставил даже контакты, не знаю, откуда они у него взялись.

И папа решился.

Первое время эти люди вытягивали папу, а потом он увидел Сашину маму и... как-то сам начал стараться, причем с двойным усердием.

Она знает о его пагубном пристрастии, но…

По крайней мере не сказать, что ее это отталкивает.

Она с удовольствием приглашает его в гости и общается с ним, потому что у них нашлось огромное количество тем для разговоров. Они даже ходили вместе в театр и в филармонию.

А дальше…

Я не знаю, как повернется, ведь мой папа слишком долго жил во тьме. Не знаю…Я не хочу, чтобы в какой-то момент он сорвался. Не хочу, чтобы Сашина мама слишком привязалась к нему и потом страдала, если вдруг что. Ведь я так хорошо знаю, каково это.

Но одновременно с этим я мечтаю, чтобы отец выбрался, наконец, из-за того затяжного кошмара, в который превратилась его жизнь со дня смерти мамы.