Мистер Левингстон был владельцем одного из самых крупных издательств Нью-Йорка, а посему известной личностью в городе. Как только он вместе со своими дамами вступил в зал, его тут же окружили вниманием.

– Мистер Левингстон, добрый вечер! – первым обратился к нему лысоватый пожилой мужчина, который прохаживался около фонтана под руку с молоденькой девушкой, лет восемнадцати.

– Позвольте представить Вам и Вашим дамам свою дочь Нели. – Сказал он, сияя гордой отцовской улыбкой.

А девушка и впрямь была хороша. Ее вьющиеся светло-русые волосы очень выгодно кантрастировали с крупными карими глазами и темными, широкими бровями. Осанка Нели была безукоризненной, а ее тонкая шея изящно держала на себе миниатюрную головку с пышным пучком волос, закрепленном на затылке.

– Очень приятно, мистер Лангстер. – Ответил мистер Левингстон и улыбнулся очаровательной дочке незнакомца. Нели, в свою очередь, тоже улыбнулась и поклонилась дамам.

– Позвольте и мне представить Вам своих дам. – Сказал дедушка Джулии.

Это моя супруга, миссис Тресси Левингстон и внучка Джулия, а это миссис Скарлетт Ретт Батлер – наша гостья, южанка из Атланты. А это, мои прелестнейшие дамы – мистер Джон Лангстер, мой коллега, а если точнее, один из лучших оформителей нью-йоркских новостей.

Они прошлись возле фонтана, немного побеседовав с мистером Лангстером и его прелестной дочкой и тут же к ним подошли еще несколько мужчин, окруженных своими нарядными спутницами. Представления следовали одно за другим, и нетерпеливой Джулии вскоре это надоело.

– Дедушка, ты что, решил нас со всеми Нью – Йорцами перезнакомить? – Спросила она,

наклонившись к самому уху мистера Левингстона, чтобы никто из окружающих не смог ее услышать.

– Я думаю, что тебе, Джулия, это не помешает, ведь если мы начинаем выводить тебя в свет, лишние несколько знакомств окажутся всегда кстати.

– Но я все равно не запомню всех с первого раза.

– Главное, чтобы они тебя запомнили. – Многозначительно сказала миссис Левингстон.

Вскоре в Гильмор-Гарден стали появляться не только представители печати, но и сами устроители банкета, знаменитые французские артисты, режиссеры, постановщики и другая театральная публика.

– Посмотрите – воскликнула Джулия, – многие уже усаживаются в кресла и того гляди в амфитеатре не останется ни одного хорошего места. Пошли скорее туда, уже без пяти минут пять, и я думаю, что скоро на эстраде появится маэстро.

Джулия, не раздумывая, стремительно направилась к амфитеатру, увлекая за собой спутников.

Однако надежды молодой девушки не оправдались. Хоть через десять минут на эстраду стали выходить музыканты, занимая свои места, Оффенбаха среди них так и не появилось. Вместо него дирижировал оркестром чех Маречек, и надо сказать, дирижировал отменно. С эстрады звучала музыка Оффенбаха, перемежаемая короткими приветственными речами французского режиссера Марка Фурье, которому было поручено вести этот вечер, и в течение часа люди почти не вставали со своих мест и не подходили к столикам.