Но в присутствии деда задавать эти вопросы я, конечно, не решилась. Да и не знаю, решилась бы или нет вообще… Наши с Даней отношения сложнее судоку, которое я не умею разгадывать, а уж Даню — тем более… Но просто посидеть с ним рядом, словно мы делаем это каждый вечер, оказалось очень приятно. Даже было жаль, когда дед принёс сухую ветровку Дани. Теперь он мог уйти.

Дедушка прошёл в кухню и занялся каким-то заготовками, я пошла с ним, чтобы не смущать парня и он мог переодеться. Вернулась минут через пять и обнаружила Даню возле книжных полок. Он держал в руках фото моей мамы…

Я подошла ближе к нему. Он поднял глаза на меня.

— Извини я… Просто хотелось посмотреть ближе.

Первым порывом было забрать фото. Но протянула руку и тут же опустила её.

Вроде бы мне не жаль, что он просто посмотрит на фотографию, но всё равно появилось ощущение, что он влезает в очень личное…

Даня заметил мои дёргания и сам вернул рамку на место.

— Такая красивая женщина… Это твоя мама.

Ком тут же появился в горле. Только не спрашивай меня ни о чем…

Он сразу понял, кто эта женщина на фото. Впрочем, ничего удивительного здесь не было — я очень похожа на маму в молодости. Это сейчас она сильно изменилась… Страдала зависимостями, а это лишает красоты, конечно, да и жизнь ее потрепала.

— Да, — кивнула я.

— Так вот в кого ты такая красавица, Бэмби, — улыбнулся он мне, а я смущённо опустила глаза.

Комплименты мне, конечно, уже говорили мальчики, но впервые я слышала их от того, о ком у самой сердце билось. И это было слышать очень приятно, хоть и грустно в таком ключе.

— Она тоже погибла?

— Нет…

— А где она?

Даня вглядывался в меня, но я понимала, что пока не готова так близко впустить его в свою жизнь и рассказать, что же на самом деле с ней происходит. О таком не говорят… Я не хочу, чтобы он знал, что моя мама…вот такая.

— Когда-нибудь я тебе расскажу об этом, — ответила я. — Может быть.

Даня смотрел на меня внимательно и молчал. Видимо, не знал, что сказать на это, ведь было очевидно, что для меня эта тема — тяжёлая и запретная для других.

— Проводишь меня? — спросил он, когда молчание затянулось.