Сажусь на стульчик рядом с ним.

- Занят?

- Скучаю... - отрицательно качает головой.

- Я хочу тебе кое-что рассказать. Про себя. Можно?

- Можно.

Он столько раз исповедовался мне. Советовался со мной. Особенно поначалу. И мы вместе приходили с ним к решениям, иногда противоречащим законам и врачебному кодексу, но единственно верным для пациента. И наши мнения никогда не расходились.

Есть только два человека, которым я могу это все рассказать. Но Борис не объективен. А вот Хасанов...

И я начинаю свой рассказ с нашего студенческого знакомства...

Он не перебивает.

Застывшим тяжёлым взглядом смотрит перед собой. Практически не моргая.

Задыхаясь от волнения на самых тяжёлых моментах честно рассказываю как есть.

А как есть?

Как не крути, Роб тогда меня спас. Он сделал мою жизнь человеческой. Он был ко мне добр... И любил как умел. Жаль, что умел только так.

Я рассказываю и про Бориса. Свою беременность. И про Стёпу... Про те самые анализы в сейфе. Про ситуацию с Дашей. Мой монолог затягивается. Хотя, я пытаюсь быть очень лаконичной и передать лишь общую ситуацию.

- Я тебя утомила?

- Ты меня расстроила.

- Мм?

- Тем что в самом начале этой истории, ты, девочка, набрала не тот номер...

Вздохнув, отворачиваюсь к окну.

Как я могла САМА набрать Хасанова? Моя самооценка была в таком минусе, что я с ним и заговорить тогда не могла первой.