- О, боже...

Стёпа тянет на себя длиннющую удочку, леска натянута.

- Подсекай ее! Таш-ши! Ну как ты тащишь?! - бегает вокруг него сухонькая старушка. - Вверх таш-ши! - немного шепелявит она.

Перехватывает вместе с ним удочку. Пружиня, она выпрямляется и леска выскакивает из воды, выдергивая рыбину.

С радостным визгом, Стёпа дёргает сильнее и рыбина летит по кругу в нашу сторону!

Ахнув, мы пригибаемся.

Улов шлепается на камни и бьётся там.

В шоке смотрю на вакханалию с попыткой поймать прыгающую рыбу.

- Мама! Ты видела?! Это я сам! - радостно скачет Стёпа с рыбой в руках.

Рядом ведёрко, банка с червями и, чуть поодаль, на большом камне полотенце с бутербродами и термосом. Я помню этот термос... Там было когда-то кофе с пьяным коньяком. И я бесповоротно влюбилась в Чадова на той стоянке, у огромных сосен.

Борис, уже наливает в крышку-стакан чай.

Я как рыба, хлопаю ртом.

- Здравствуйте... - встречаюсь взглядом с бодрой старушкой.

Улыбаясь, она складывает руки, словно на фартучек и умиротворенно разглядывает меня.

Подбегая, Стёпа, обнимает меня за ногу.

- А мы с бабушкой Натальей три рыбы поймали!

- Здорово... - растерянно поднимаю его на руки.

- А ещё вот! - гордо стаскивает шарф, показывая горло.

Там по-детски фломастером нарисованы языки пламени, как у Бориса.

- Бабушка Наталья сказала, что я копия - папка! - гордо.