— Спасибо, — сухо ответила я.

— А вот я теперь без маникюра, — она улыбнулась, зубы её тоже поблекли. — И реснички клеить не на что.

У Анфисы еще находились силы шутить! Я не сдерживала слезы, просто не могла.

Но подойти обнять её и успокоить у меня желания не возникло.

Богдан стоял поодаль, явно давая нам возможность всё обсудить наедине.

— Видишь, Надюша, что стало с твоей шикарной подружкой? Выбрала естественную красоту.

Мне хотелось что-то ей сказать, но я не могла подобрать слов. Что тут скажешь?

— Сволочь я, Надь… Последняя гадина. — Я не успела возразить, Анфиса подняла дрожащую ладонь. — Погоди, слушай. Сил у меня немного, но рассказать надо. Я ведь сразу твоего Богдана захотела, он еще твоим и не был, а я к нему ласты клеила. Но он тогда меня как-то вообще не заметил — мимо. А потом ты нарисовалась — не сотрешь.

Анфиса рассказывала о том, как специально со мной подружилась, как набивалась постоянно в компанию, пытаясь понять, светит ли ей Богдан. Сначала думала, что легко меня уберёт с пути — мол, зелёная совсем, глупышка ещё. Разве даст она опытному мужчине то, что ему нужно?

Потом поняла, что Богдан влюблён в меня по-настоящему, и затаилась. Ждала ведь не месяц, не два — несколько лет! Когда поняла, что шанс отнять его у меня появился, не сразу в атаку кинулась. На всё был тонкий расчет. Захотела стать для моего мужа единственной, желанной, неповторимой. Другом стать. Чтобы только её хотел. Чтобы только с ней делился сокровенным.

— Ты мне сама все козыри в руки-то и дала, — вещала она, глядя вдаль, а я просто слушала. — Не делай больше так. Не говори о своём счастье подругам… То колье хвалилась, которое Богдан подарил, то про совместный отпуск рассказывала, то про то, как планируете назвать детей. Сама беду и накликала. Я знала больше, чем нужно было. И когда в вашей паре начались проблемы, я поняла, что должна воспользоваться шансом. Знаешь, любовницы ведь так и появляются: дают мужикам то, что не додала жена. Это с нами весело, потому что мы вместе не живём, потому что не устали от быта и детей. Это мы их всегда понимаем, не ругаем и говорим, что они боги. Иногда даже привираем… А жены-то правду говорят и даже требуют что-то: денег, машину, шубу, отпуска, ребёнка… Они не ставят себе целью снова и снова нравиться мужчине. Просто живут, считая, что в безопасности. И тут появляемся мы — любовницы. Которые всегда красивы и ухожены, которые готовы зажигать до утра, которые станут лучшим другом и будут вести себя ровно противоположно поведению жены, которая, как мы полагаем, бедного святого мужчину уже просто задолбала. Только позже я поняла, что это не так, и Богдан не разлюбил тебя, несмотря ни на что, но сейчас речь не о том… Как и все любовницы, я верила, что заставлю его развестись и жениться на мне.