Я с сомнением покосилась на пол, мол, а есть ли смысл суетиться, как вдруг мужик слабо пошевелился.

- Чем? – поинтересовалась равнодушно.

- За нами хвост, - косясь на дверь заявил Серега, - никто не должен знать, что он еще жив.

- А он точно должен быть жив? - флегматично поинтересовалась я.

- А, по-твоему, я просто ради развлечения ночью по лесу его на себе таскаю? - разозлился он. Я стояла и молча выжидала, когда до него дойдет, что знать мне это в общем-то не от куда.

«Вот и огонек озарения промелькнул в глазах. Вот и славно, всего то пол минуты прошло. Мы же не торопимся» - пронеслось в голове. Хорошо, что я давно научилась не выдавать всю ту язвительность, на которую была способна. Зачем людям настроение портить?

- Короче, - спокойно начал он, - у меня максимум минут десять, чтобы оказаться как можно дальше отсюда, иначе нам обоим крышка. Моя тачка в вашей трясине, до дома пойдут пешком, шанс уйти есть, но он тает на глазах. Поможешь?

«Ваша трясина» прозвучало оскорбительно, не я ж ее культивирую в самом деле, а матушка природа, но в этом доме не отказывают. Я ненадолго задумалась, разрабатывая план. Надо отметить, голова у меня варит неплохо, особенно в стрессовых ситуациях. Бегло осмотрела ранения, в принципе, ничего смертельного: два пулевых по касательной, в левое плечо и руку, довольно глубоких. Бледный, на лбу испарина, но до обморока по общим признакам было вообще-то далеко.

Залила раны антисептиком и наложила тугие повязки. Пока это все, что успею.

- В погреб его, - скомандовала Сереге.

- Какой нахрен погреб, Василиса?! - взвизгнул Сергей от возмущения, а я чуть не фыркнула, так это забавно выглядело. - Он же там загнется!

- Загнется или нет не знаю, это время покажет, - ответила серьезно. - А ты либо слушайся, либо забирай свой полутруп и проваливай встречать гостей на дорогу.

- Черт! - выругался Сергей и потащил ценный груз к подполу. – Открой, – пробубнил он, а я продолжила инструктаж.

- Положи его за ящиками с картошкой и накрой мешковиной, - открыла лаз в подпол и включила там свет, продолжая пояснять: - она на стеллаже справа.

Схватила тряпку и вытерла капли крови, ведущие к подполу. Серега поднялся, закрыл люк и выжидающе уставился на меня.

- Нормальные мужики, Сережа, к бабам с цветами приходят, - наставительно произнесла я и без перехода продолжила: - снимай рубашку. - Взгляд его моментально затуманился, а я закатила глаза, взяла с вешалки у входа отцовскую куртку и протянула Сереге. - Рубашка вся в крови. Приличные люди в таком виде по улицам не шастают. Выйдешь через веранду к пристани, по пути постарайся выжать из нее хоть пару капель. На пристани возьмешь лодку, придется поработать руками, мотор не заводи, поплывешь налево, по течению, особенно от берега не отходи, за деревьями не увидят. Через пару километров будет мост, привяжешь под ним, там крюк есть, не пропустишь, он белой краской выкрашен. Справа от моста домишка стоит, почти сарай, не приглядываться - не увидишь. Постучишь, скажешь от Егеря, попросишь машину. У Деда старая «Нива», но бегает прилично. Если не вернешь или разобьешь, лучше сразу пиши завещание. О госте позабочусь, если на то будет воля Божья. Все, топай.