- Мы разговаривали по дороге. Олли знал, что ты будешь настаивать на том, чтобы поехать с ним, когда расскажет, что наша биологическая мать умерла. Поверь мне, он поступил правильно, не рассказав об этом.

- Он должен был рассказать мне.

Нет. Он не был уверен, что я все еще люблю его. Он не мог мне рассказать. Как я могу сомневаться в масштабах его любви?

- Можешь ли ты сказать, что ты бы не настаивала на том, чтобы поехать с ним, если бы узнала?

- Нет. Я бы хотела быть рядом с ним.

- Вот почему он тебе не рассказал. Он подумал, что будет лучше попросить у тебя прощения после того, как все будет сказано и сделано. Пожалуйста, не сердись на него.

Часть меня обижается, но есть другая часть, которой нравится, что он пошел на такие крайние меры, чтобы защитить меня. Снова.

- Ну, теперь я знаю, так что скажи ему, чтобы позвонил мне. Я хочу с ним поговорить.

- Да...в этом проблема, учитывая, что Оливер в тюрьме.

Дерьмо.

- Что случилось?

- Долгая история, и это он должен рассказать тебе. Не я. Но Брю сейчас в участке, думает, что можно сделать, чтобы вытащить его. Надеюсь, ему не придется остаться на ночь.

Нутром чую, что в этом замешан Джимми. Боже, надеюсь Оливер не закончил то, что начал двенадцать лет назад.

- Я еду.

- Он этого не хочет.

- Меня это не волнует. Я люблю его и собираюсь приехать.

Я не могу сидеть здесь, пока он проходит через ад.

- Я категорически против этого, Аделин. Оливер так сильно тебя любит. Он не хочет, чтобы эти люди были в твоей жизни.

Эти люди - часть его жизни. А это значит, что они часть и моей жизни.

- Я позвоню, когда доберусь до Саванны. И ты скажешь мне, куда ехать: в дом твоих родителей или в тюрьму.