Это было прекрасно.

Затем медленная улыбка расплылась по ее прекрасному лицу.

Великолепно.

— И, — продолжала я, — вам обоим нужно есть, вы живете почти по соседству друг с другом. Ронда хорошо готовит. Как и я. Как и твой отец. Держу пари, тебе понравилась бы наша стряпня, а Фину понравилась бы стряпня твоего отца.

Я наблюдала, как ее великолепная улыбка становится еще более великолепной.

— И, — продолжала я, — у вас обоих есть телевизоры, уверена, что вы оба смотрите их. Нет причин, по которым вы оба не могли бы смотреть их вместе.

— Да, мне нужно есть, и я все время смотрю телевизор, — подтвердила она.

— Вот, — ответила я, затем сразу же встала, пригласив: — Пойдем посмотрим, чем занимается Фин. Возможно, у него найдется время помочь тебе с домашним заданием.

Ее улыбка стала еще шире. Я вернула ей такую же, наклонилась, выключила колесо, опустила руки в ведро с водой, стоявшее рядом, а затем схватила полотенце. Без дальнейших промедлений одарила Рис еще одной улыбкой, кивнула, чтобы она следовала за мной, и быстро направилась к дому.

Мы были на кухне, когда я повернулась и сказала:

— Подожди здесь, дай мне минутку.

Она кивнула.

Я побежала по коридору, крича:

— Фин! Ты здесь?

— Да, тетя Дасти! — Услышала я сверху.

Я развернулась у подножия лестницы и побежала по ступенькам. Фин встретил меня наверху.

Я подняла на него глаза.

— Ты сделал домашнее задание? — спросила я и увидела, как его лицо окаменело.

С тех пор, как я вернулась домой, поняла одну вещь — Фину не нужна была нянька или я со своими материнскими замашками. Я попробовала однажды, но он меня заткнул. Затем, вскоре после этого, я обнаружила, что ему это не нужно. Он сделал домашнее задание, и не только, он убедил своего брата сделать свою. Он следил за всем, что нужно было видеть, например, закрывал дом на ночь, выключал свет, проверял, заперты ли двери, тихонько шептал брату спокойной ночи. Он без труда вжился в роль Дэррина в доме Холлидеев. Удивительно, но в семнадцать лет, очень скоро после смерти отца, он увидел, что нужно делать, и уже знал, чего хочет от своей жизни. Таким образом, он взял на себя роль хозяина дома без каких-либо претензий и жалоб.

Так что указание с моей стороны, что я его воспринимаю все еще ребенком, совсем не приветствовалось.