Майк развернулся, чтобы посмотреть ему вслед. Мало кто из мужчин мог вынести такое унижение и не усвоить этот урок. С другой стороны, некоторые особи мужского пола полагали, что такое событие подольет масла в их огонь. Он не собирался прикрывать спину этому засранцу.

ЛеБрек был поглощен толпой из ковбоев и наездниц, когда Майк почувствовал запах духов Дасти, а затем почувствовал ее тело. Он почувствовал это, потому что она прижалась к его боку.

Повернул голову и посмотрел на нее сверху вниз.

Она приподнялась на цыпочки и положила одну руку на его пресс, большим пальцем другой руки зацепила заднюю петлю ремня его джинсов.

И близко к его уху прошептала:

— Это было так горячо, что ты просто стал ужасно сексуальным. — Его шея изогнулась еще сильнее, он поймал ее взгляд и когда увидел ее глаза, она сильно прижалась своими сиськами к его руке и продолжала шептать: — Ужасно сексуальным.

Глядя ей в глаза, чувствуя, как она прижимается к нему, считывая выражение ее лица, Майк решил, что время знакомства с ее друзьями подошло к концу.

* * *

— На диван, раздвинь ноги, — прорычал Майк, наблюдая, как вспыхнули глаза Дасти, затем она отстранилась от него и сделала, как он просил.

Она была верна своему обещанию. Они секунду назад приехали из «Шуба», и она набросилась на него. Он все еще был полностью одет, а она была совершенно голой. Удерживая ее на ногах, когда Дасти позволяла себе ничего не делать, кроме как держаться, пока он играл с ней.

Теперь он готов был к продолжению.

Она быстро села на диван, выполнила его приказ, прислонилась спиной к подлокотнику, не сводя с него жаждущих глаз, одну ногу перекинув на спинку дивана, другую поставила на пол.

Она не стала медлить. И увидев ее в такой позе на диване, Майк тоже не стал медлить. А присоединился к ней, его рот оказался между ее ног.

Его женщине нравился его рот. Он знал об этом, потому что она не скрывала, как он ей нравился. Она была уже почти готова, едва лизнул и слегка прикусил клитор, она начала издавать звуки, которые издавала всегда, когда готова была кончить. Отчасти сказывалась выпитая текила, отчасти то, что произошло с ЛеБреком, а отчасти еще и то, что он взял командование на себя, когда они вернулись домой. Она ворчала на его приказы, но ей это нравилось.

Он знал это, потому что чувствовал, как ей нравится на вкус.

Она была такой сексуальной, такой разгоряченной, такой возбужденной, уже почти на грани, что в мгновение ока привела Майка к таким же состояниям, как только он услышал, издаваемые ею звуки, и почувствовал движения ее бедер. Но он хотел, все это ощущать своим членом. Дасти ни за что не могла бы симулировать оргазм, не то чтобы он давал ей повод. Он знал, когда она кончала, все реально, потому что ее киска сжалась и дернулась вокруг его члена. Он готов бы получить ее оргазм своим ртом, но хотел сейчас другого.