— Я знаю, все понимаю, сэр. Это не круто. Но второй раз он попытался прикоснуться к ней, и они несли всякую чушь, она сильно испугалась, и я не знал, что еще сделать. Хотел оттащить его от нее, говорил перестать, но они набросились на меня. Один из них ударил меня по лицу, и я просто... просто... — он посмотрел себе на ноги, — потерял самообладание и облажался.

Майк пристально смотрел на него. Потом еще какое-то время все так же пристально смотрел на Фина, пытаясь с обладать со своей яростью.

Затем, низким, рокочущим голосом, он заявил:

— Никто. — Услышав его тон, глаза Фина поднялись к его лицу, и Майк продолжил: — Никто, черт побери, не может прикасаться к моей дочери, если она этого не хочет.

Майк наблюдал, как глаза Фина становятся настороженными и начинают пылать огнем, который, как полагал Майк, был отражением его собственной ярости.

— Мне жаль, — прошептал Майк. — Жаль, что твой отец так рано умер. — Огонь ярко вспыхнул в глазах Фина, но Майк просто продолжил: — Я знал его, но при сложившихся обстоятельствах понятия не имею, чтобы он сказал и как отреагировал. Каким человеком он постарался бы тебя вырастить. Единственное, что могу сказать, что я за человек. Если кто-нибудь попытался бы прикоснуться к человеку, которого я люблю, и он мне небезразличен, я бы сделал то, что должен был сделать любой мужчина, чтобы остановить все это. Если бы они несли всякую чушь и не собирались затыкаться, я бы тоже положил этому конец. Так что, насколько я понимаю, Фин, ты не облажался. Эти парни дотронулись до моей дочери, когда она совсем этого не хотела. Так что, на мой взгляд, как ее мужчина, ты выполнил свою работу.

Майк наблюдал, как разгорается огонь в глазах Фина, парень сглотнул, затем снова сглотнул. Многое происходило в его мыслях, и не все его думы были о хорошем, многие были действительно о чертовски плохом, что случилось в его жизни. Но Фин сдержался и кивнул.

— Спасибо, мистер Хейнс, — пробормотал он.

— Мы с Дасти поговорим с директором, — сообщил ему Майк.

Фин кивнул подбородком.

— Возможно, у меня не получится снять с тебя отстранение от школы на три дня, но Рис точно уж не отстранят, — продолжил Майк.

Глаза Фина вспыхнули, губы дрогнули, и он снова кивнул подбородком.

— Твоя бабушка забрала Кирби. Поэтому ты отвезешь Рис домой, — приказал Майк.

В глазах Фина вспыхнул другой огонек, затем губы дернулись по-другому, Фин кивнул.

Майк продолжил:

— Ты же хочешь ее отвозить домой, Ноу всегда ноет, что не записывался в личные шоферы Рис, она и так всегда делает с тобой домашнюю работу, так что, если ты хочешь, с этого момента, можешь отвозить ее домой.