Вместо того, чтобы раствориться в нем без остатка, я сохранила свою личность, свои принципы, свою, если так можно выразиться, индивидуальность.

А Демьян…Если он захочет...Если он действительно захочет…

Уже вторая неделя пошла с тех пор, как его выписали…

Я не знаю, что он делал все эти дни, возможно, занимался восстановлением здоровья, а может, наоборот, ударился в большой загул.

Он не звонил, не писал, и никаким другим способом не давал о себе знать.

Замедляю шаг, потому что замечаю впереди очень красивую, и, несомненно, баснословно дорогую машину из люксовой серии.

Сердце ухает в пятки стремительно.

Потому что я знаю только одного человека, имеющего возможность позволить себе такое авто, и захотевшего приехать в нашу бездорожную глушь.

- Демьян, - срывается с моих губ, а бедное сердечко пропускает удар за ударом.

Не считая всего, связанного со здоровьем Демьяна, так сильно я волновалась лишь раз в жизни. Когда вот также неожиданно Демьян заявился к нам после нашего болезненного расставания.

Я точно так шла с прогулки, только прохладнее было. Мне еще пришлось натянуть на себя свой старенький поношенный плащ, ведь на нормальные наряды мне не хватало финансов.

И вот я неспешно брела, думая о своем, и вдруг вспышка молнии, удар под дых.

Жар во всем теле, и перекрестный огонь наших острых, направленных друг на друга взглядов.

Не знаю, как мне хватило решимости тогда его послать. Действовала на адреналине, что за секунду выработался организмом просто в небывалом количестве.

А перепачканный в грязи, хоть дорогой, и как всегда безупречно сидящий на шикарной фигуре Демьяна костюм, отлично этому поспособствовал.

Получилось феерично, что и говорить, хотя я прекрасно понимала, что с ним произошло. Поехал напрямик через поле, застрял в грязи, потому что после дождя там даже Джип не факт, что проедет. А потом наш тракторист дядя Ваня, или кто-то из его сыновей, вытаскивали машину на буксире.

Как же Демьян тогда разозлился на меня.

Весь вечер перед глазами стояло его разгневанное, перекошенное от ярости лицо. А на моих губах играла торжествующая, хоть и с привкусом горечи улыбка.

И вот теперь…Словно дежавю какое-то. Будто тот самый день. Тот самый, только...все же немного другой.

Замечает издали, а потом...