— Что вы натворили? — смотрю на Лину, которая с каким-то радостным блеском в глазах провожает Славку.

— Я витрину в магазине разбила, — возвращает расфокусированный взгляд на меня.

Охренеть!

— Макс не причём, она ничего не знала и хотела меня остановить.

— И зачем ты это сделала? — прищуриваюсь, вглядываясь в её странное выражение лица.

Она какая-то окрылённая.

— А ваш брат, Гордей Петрович, скоро вернётся? — делает вид, что не замечает моих слов.

— Узнает про Макс и вернётся. Ты на мой вопрос не ответила, — требовательно.

— Вы мне не друг, извините, чтобы своими тайнами делиться, — грубит.

Возвращается Славян.

— Нормально всё с твоей Макс. Она как свидетель проходит. По камерам видно, что она хотела её остановить, — кивает на Лину. — В коридоре сидит, ждёт. Только напрасно. Пока твои родители и владелец магазина не приедут, — смотрит на Макарову, — тебя никто не отпустит.

Я оставляю их наедине, чтобы Слава мог допросить Макарову. Ноги сами несут к дежурке, где я вижу Макс, сидящую в кресле, нагнувшись вперёд и задумчиво рассматривающую что-то на полу. В ней что-то изменилось, не знаю что именно, но она какая-то подавленная.

— Её не отпустят без родителей, — сажусь рядом и заговариваю.

Она смотрит сначала дерзко, а потом в глазах скользит обречённость.

— Я знаю. Не первый раз здесь. Подожду…

— Зачем она разбила витрину?

— Потому что вы Калинины всем жизнь портите, — откидывается назад и упирается головой в стену. — Где вы, там всегда какая-то хрень случается.

— Не понял…

Она глубоко вздыхает и смотрит на меня равнодушно, заставляя мою душу ныть.

— Влюбилась она в твоего брата…