— Ты это перерастёшь…

— А я думаю — их будешь получать ты: за грязные носки, мокрые полотенца и немытую посуду.

Меня разбирает смех. А потом кашель. Рёбра мои всё ещё дают о себе знать.

— Вот за это я тебя и люблю. За твою искренность и прямолинейность, — отдышавшись, прижимаю к себе за плечи, и мы идём рядом.

— А я без понятия, за что тебя люблю… Просто люблю и всё… Так ведь и должно быть?

— Да…

Дальше идём в полном молчании, держась за руки до пляжа. На берегу скидываем обувь и вдоль кромки воды. Волны лижут нам пятки, остужая. Воздух уже не раскалён, наоборот веет прохладой.

— Искупаемся? — хитро смотрит на меня Макс.

— Нет…

— Да ладно тебе! Вспомним лето, — играет бровями.

О, да…

Смеюсь своим мыслям.

Наш первый поцелуй. И тогда же впервые я почувствовал, что до судорог хочу её…

Максим скидывает одежду и остаётся в одних трусиках и бежит в воду. Как в ту летнюю ночь…

Да твою ж…

Раздеваюсь и следом за ней. Приятная теплая вода обволакивает тело и согревает.

— Макс стой! — хватаю её за талию и притягиваю к себе.

— Будоражит память, да? — шепчет томно.

— Не то слово, — прижимаюсь губами к её шее.

— Если бы не Селезнева, то я бы в ту ночь тебе отдалась, — поворачивается ко мне лицом и вглядывается в глаза.