Стараюсь сесть поудобнее, но низ живота болит после операции.

— Там есть кнопка для поднятия спинки,— кивает Ник на пульт на тумбочке.

Аккуратно отдаёт мне дочку. Опять папина копия.

Боже, ты не справедлив. Может ещё поменяется?.. Надейся. Илья не поменялся.

Прикладываю к груди. Молока ещё почти нет и грудь как камень. Но это нужно сделать. Это важно в первые часы жизни ребёнка.

Ник садится рядом и приобнимает меня за плечи. Целует в макушку.

— Прости, что наорала на тебя там...

— Забей. Я же прекрасно понимаю, что ты это на эмоциях,— прижимается к моей голове подбородком.— Знаешь, я тут подумал... Не подходит ей имя, которое мы выбрали.

— Почему?— смотрю на дочку.

По-моему, вылитая София.

— Давай назовём её Виталина?

Я сглатываю комок в горле. Чувствую резь в глазах от подступающих слёз. Это так неожиданно...

— Ты уверен?— смотрю в его улыбающиеся глаза.

— Абсолютно. Он достоин, чтобы о нём помнили всегда.

— Спасибо...

Тяну Ника за ворот к себе и целую в губы.

— Спасибо, любимый...

Тихий стук в дверь.

— Можно?— открывается дверь и в палату просовывает голову в маске Мария Евгеньевна.

— Конечно!— очень рада её видеть.