* * *

Мелькающие за окном елки раздражают.

Я сижу забившись в угол и поджав ноги, прямо в ботинках. Мне слишком плохо и обидно.

Гирш за время нашего пути больше и слова не сказал. Только гонит как сумасшедший. Видимо, хочет побыстрее от меня избавиться. Ну да, я же испортила его вечер.

Только у дома Валеры удостаивает меня фразой: «Посиди минуту, я быстро». А потом хлопает дверью. Уходит.

Как только его фигура скрывается из вида, я по-настоящему даю волю слезам. Реву белугой, костеря себя за доверчивость и глупость.

Все же было понятно с самого начала.

Мое дурацкое либидо чуть не столкнуло меня в пропасть. Просто не представляю, как бы пережила настолько суровую реальность.

Быть брошенной — это одно. Но оказаться на обочине, после того как тобой попользовались…

Может быть, бабушка все-таки была права?

Тру лицо и смотрю в пустоту. Зубы стучат. Я слишком сильно перенервничала. Никогда особо не отличалась слезливостью. Была такой, как и все девочки. Могла всплакнуть, пока смотрю грустный фильм, например. Иногда ревела после скандалов с бабушкой и мамой — от обиды. Но сейчас все те переживания кажутся крошечными и незначительными. Сердце на куски рвется.

Любовь — самая ужасная вещь на земле. Особенно та, что невзаимная.

Снимаю с блокировки телефон, и он тут же гаснет в моих руках. Успеваю только время запомнить.

Разрядился. Тут же лезу в сумочку за шнуром, но понимаю, что его нет. Как и Яна, который пропал. Прошло уже пятнадцать минут, как я сижу тут одна.

Ни такси вызвать теперь, ничего.

Не пешком же по темноте переться. Да и знать бы еще куда.

Он про меня забыл? А может, нашел кого поинтересней?

Выбираюсь из машины и направляюсь в сторону особняка. Очень хочу напомнить Яну о себе и его обещании отвезти меня домой. Пусть сделает хотя бы это, прежде чем окунуться в свои пороки.

Переступаю порог. Внутри играет музыка и горит приглушенный красный свет. Атмосфера будоражит, вызывая мурашки по всему телу.