Со спокойной совестью поехал в контору делать дела. Но когда вернулся вечером и проверил почту, выяснил, что, оказывается, Полина прислала ему список на три листа формата А4 уже через два часа после их телефонного разговора.

Как успела? Она все свои обиды ночами проговаривала, что ли?

* * *

Список был длинный.

Максим сделал тактическую ошибку, взяв планшет в кровать и решив, что почитает перед сном.

Какой уж тут сон, когда получаешь от бывшей жены строки подобные этой:

«Меня бесило, что наш самый жаркий секс был только после ссор. Ты как будто специально со мной ругался, чтобы потом получить повод для жесткой любви. Как будто обычный секс со мной тебе был неинтересен, не цеплял. Мне хотелось романтики, нежности, а ты доведешь до белого каления, потом прижмешь к стенке, отымеешь, и все…»

Как на это реагировать?

Он-то думал, что Полина в курсе, что он в принципе ее обожает. Злая она, в нормальном настроении или сонная – она мила ему всякая. Он хотел заниматься любовью с ней всякой. Но да, злоупотреблял тем, что мирился с ней через секс. Ругались они часто, так что ей вполне могло так показаться.

Дальше больше:

«Ты вечно пропадал на работе, приходил когда вздумается. А мне хотелось внимания! Хоть в выходные… Я почти все время была одна. К тому же это нечестно, если ты являешься домой когда угодно, а мне на поход в магазин выделяешь час и не дай бог я где-нибудь задержусь. Сразу кошмар, апокалипсис! Честно это?»

Когда Максим это прочитал, так громко заскрипел зубами, что аж самого передернуло.

Для кого он, спрашивается, пахал тогда? Не ради ли нее? Чтобы его Полина могла комфортно жить. Он не просто где-то там шлялся, а старался на благо семьи. Кстати, она, в отличие от него, была домохозяйкой. Домохозяйки где должны быть? Правильно, дома.

Но, вообще-то, да, это, наверное, нечестно, что он запирал ее дома, когда сам не мог быть рядом. Надо было уделять ей больше внимания.

Или вот еще тоже хлесткое замечание:

«Ты никогда не верил мне на слово, тебе обязательно нужны были какие-то физические доказательства моих слов. Это было очень неприятно».

Не забыла ли милая Полина, кем он работал? Он следак по натуре, а следаки верят только фактам, не словам. Впрочем, наверное, ему ничего не мешало отключать рабочие замашки дома.

Дочитав список до конца, Максим будто заново пережил все проблемы их брака.

С удивлением обнаружил, что раньше понятия не имел, какой жизни Полина вообще хотела, что было для нее ценно. Вроде как три года плотно общались, год прожили душа в душу, тело в тело, а по факту он вообще ее не знал. Даже не потрудился узнать!