Видно, брат смекнул, какие в его голове бродили мысли, тут же уточнил:

– Она меня попросила, я привез. Сугубо по ее желанию! Так, Шанна, выйдем, пусть поговорят…

С этими словами Виталик передал Сашу Шанне, а сам взял на руки Мишку. Они ушли с детьми наверх.

Наконец Максим остался с Полиной наедине.

Она скромно переминалась с ноги на ногу, смотрела на него с долей надежды.

– Полечка, любимая моя… – только и смог он выдавить из себя.

Подлетел к ней, сжал в объятиях, уткнулся лицом в ее макушку, поцеловал.

А потом отстранил ее и спросил:

– Ты решила меня простить?

– Да, – сказала она смущенно.

Максим был счастлив это услышать и одновременно не верил, что все взаправду.

– Но почему, Поль? – оторопело спросил он. – Я не понимаю, я же тебе даже еще ничего не объяснил про письма…

Она закусила губу, а потом посмотрела на него решительно.

– Знаешь, Макс, мне уже плевать на письма и на все объяснения. Помнишь, ты попросил меня просто тебе поверить? Вот я и… Верю, в общем. Ты мне веришь – и я тебе верю. Давай пусть в нашей семье будет так!

«Нашей семье» – как сладко звучит.

– Давай, Полечка, – тут же закивал он. – Я очень за, я согласен! Но почему именно сейчас?

– А нечего исчезать на столько дней! – вдруг возмутилась она. – Я, между прочим, не железная. Мы с Сашкой скучали. Макс, я понимаю, ты был занят расследованием, но, пожалуйста, больше никогда не исчезай вот так надолго… Ты знаешь, за эту неделю, что тебя не было, я окончательно поняла, что больше без тебя не хочу. Ты мне очень нужен!

Ее слова прозвучали для Максима как настоящее откровение.

– Ты мне тоже очень нужна. Я без тебя никто, очень тебя люблю… – ответил он с жаром.

А потом он услышал то, о чем так мечтал: