– Где папа и дедушка? – спросила Маша, делая глоток сладкого травяного чая.

– На улице с Лилькой снеговика лепят.

– Папа и снеговик? Да снег зимой растаять должен.

– Я думаю, мы все за эти полгода многое пересмотрели, – сказала мама как бы невзначай, но все-таки серьезно.

– Ты злишься на меня? – спросила Маша, набравшись смелости.

– За что?

– Не знаю, за что-нибудь из произошедшего.

– Нет, Маша. Ты мой ребенок, я тебе просто желаю счастья и здоровья.

– И не злишься даже за то, что из-за меня пришлось отказаться от работы почти на месяц?

– Даже от работы? – переспросила мама. – Да что ты, боже мой! Работа вообще ничто! Какая-то пылинка там, внизу. Да еще пятьсот этих сессий и лекций у меня будет. А вот второй тебя у нас уже никогда не будет. К тому же ясно, что сейчас я нужна тебе больше, чем мне нужна самореализация. Так что амбиции чуть-чуть подождут. Приоритеты – вот секрет гармонии.

– А вы купите мне щенка?

Мама хотела резко отказать: Маша увидела это по ее лицу, – но потом сдержалась, задумалась и сказала немного погодя:

– Если ты правда так хочешь, давай обсудим. После праздника сядем вместе с папой и серьезно поговорим. Хорошо?

Маша кивнула.

Допили чай, и как раз открылась входная дверь. Лилька в мокрых валенках уселась чуть поодаль и стала стягивать с себя варежки и шапку, на которых налип снег. Папа завез дедушку на коляске в дом и быстро сбросил с себя куртку. Все запыхавшиеся, румяные.

– Боже ты мой, – воскликнула мама, оглядев Лилю, – сейчас снег по дому растащит! Будем потом по лужам ходить.

Маша принялась помогать маме раздевать сестру, а потом повела ребенка мыть руки. Лиля забавно перепрыгивала с одной ноги на другую, подставляя руки под теплую воду. Когда Маша протянула ей полотенце, Лиля попросила ее нагнуться.

– Ну чего тебе? – спросила Маша.

– Как думаешь, что мне принесет Дед Мороз? – шмыгая носом с мороза зашептала сестра. – Хоть бы ту куколку… Или лучше пони? Маша, – вдруг таинственно сказала Лиля, – а Дед Мороз ведь есть?