— Твоя рука лежит на моем животе, моя нога у тебя между ног, где все еще мокро и жарко. Еще минута и… мы снова зайдем дальше.

— Извращенец.

— Когда ты очнулась? Слышала что-то из нашего разговора?

— Частично, — признаюсь я.

Демид громко и медленно выдыхает.

— Что именно ты слышала?

— Про маму, — говорю осторожно. — Про какой-то ритуал, который они провели с Мадленой.

Кажется, он немного расслабляется.

— Что еще?

— В основном об этом, — снова вру я. — Там, откуда мы вернулись… в общем… все было так запутано и страшно. Ты был в таком состоянии, а я… я тебе отдельно расскажу, что со мной произошло… В общем…

И я рассказываю Демиду о том, как мама проткнула меня мечом, после чего мы оба оказались здесь.

— Можешь объяснить? — спрашиваю я.

— Мадлена права, это очень древняя магия. Суть в том, что ведьма жертвует частью своей силы в счет будущего своего ребенка. То есть… как бы тебе объяснить… в общем, делает вклады. Только не денежные, а энергетические. Они у тебя есть, хоть ты не знаешь об этом, и активизируются в самые опасные или невозвратные моменты, когда ты либо на грани жизни и смерти, либо обязательно там окажешься. Ритуал крайне опасный. Похоже, твоя мама сильно любила тебя, раз решилась на такое.

На глаза вдруг навертываются слезы.

— Демид, спасибо тебе за эти слова, — тихо говорю я.

Демид притягивает ближе к себе и целует в волосы.

— Это правда. Она любила тебя, Ульяна, и старалась сделать все от нее зависящее, чтобы защитить тебя в будущем. Оттуда, куда ты попала, придя за мной, не возвращаются.

— Я, не знаю, я…, я верю тебе. И… я скучаю по маме. На какой-то момент подумала, что она жива, просто тоже застряла там… ну… и… в общем… Теперь я понимаю, что ошибалась. И понимаю, почему она сделала то, что сделала.

— Значит, иначе было не вытащить.

— Что, оттуда правда не возвращаются?