— Держи.

Протягивает мне чашку, а когда я ее принимаю, снова отходит. Берет свой чай и начинает пить, даже не глядя на меня.

Делает вид, что ни о чем таком мы только что не говорили.

Тогда я отставляю чашку, и сама подхожу к нему. Встаю прямо перед ним.

— Ты ведь понимаешь, что мы даже не встречались толком, да? — спрашиваю я. — Не жили вместе…

— Ты все усложняешь, Ульяна.

— Зато ты упрощаешь.

— Ты вляпывалась из-за меня в такое дерьмо, что сложно теперь будет делать вид, что я тебе всё также безразличен.

— Конечно же, ты мне уже давно не безразличен, но ребенок…

— Станет естественным продолжением нашей любви, — завершает за меня Демид.

И не даёт мне опомниться.

— О моих чувствах, я думаю, ты давно знаешь. Если оставались сомнения… Уверен, что ты слышала наш разговор с Мадленой. А старая ведьма задала этот вопрос специально для тебя. Если хочешь, могу повторить.

— Стоп! — поднимаю я руку, ладонью вперед, — стоп, стоп. Помнишь, сегодня вообще-то мой вечер. Я рассчитывала бездельничать перед телевизором, а не вести разговоры о любви.

— Ты вроде бы хотела разговоров.

— Хотела, но не таких.

— Ладно, идем смотреть фильм.

— Хорошо.

Мы вместе проходим в гостиную и Демид разбирает большой квадратный диван, чтобы было удобнее сидеть. Точнее лежать.

Я ставлю чашку с отваром на журнальный столик, сбрасываю шлепки, и залезаю на диван прямо с ногами.

Демид включает плазму, подходит ко мне и усаживается на диван рядом со мной. Устраивается полулежа, подсунув под спину подушку.