Но это утро оказалось, на удивление, совсем другим. На кухне за чашкой чая сидел комсомолец Коровьев, клевал носом сонный Базаров и уютно поджимал ноги Булгаков. Почему не было Есенина, всем понятно — вчера ночью дружно помогали ему, пьяному в стельку, снять кожанку, а отсутствие Чехова объяснялось тем, что он разговаривал с кем-то в соседней комнате.

Но вот Ваня, покачиваясь и держась за голову, вошел в кухню и шикнул от ударившего в глаза солнца.

— Ну! Герой явился! Ночной рыцарь! — не без разочарования крикнул Адам. — Помнится, ты уходил готовиться с однокурсниками к тесту. Это что у тебя за ВУЗ, где учеба равно пьянки?

— Полегче. Мы серьезно сидели и обсуждали вопросы. А потом Дэн заскочил… И понеслась.

— Как прошло хоть? Все живы, никто не в тюрьме?

— Не уверен… Я с Дианкой расстался, а так все прекрасно было.

— Кстати, Есенин, а чего ты нас не знакомишь с этими ребятами? Устроили бы вместе вечеринку. — пожал плечами Базаров, потягивая кофе.

— Витя, ты хочешь устроить вечеринку? Тебя подменили? — повернул голову и усмехнулся Саша. Есенин хихикнул в ответ и сел рядом, не прекращая улыбаться.

— А этотпес кудрявый где? — резко выпалил он, из-за чего Булгаков даже поперхнулся.

— Пока что у нас только коты, Вань. А Чехов болтает с кем-то. — Коровьев большим пальцем указал в сторону своей спальни.

Ваня кивнул и неловко налил себе чай из прозрачного заварника. Напиток был светло-желтый, созданный из трав, и в нем игрались лучи солнышка, делая цвет еще более насыщенным. Будь бы тут Чехов, он бы давно заметил такую живописную прелесть. Собственно, за полгода, как Женя исключился из медицинского, он стал развиваться в первую очередь как художник. Возможно, сказались три года брошенной художественной школы в Сочи, возможно, он просто работал как не в себя, но был виден прогресс, и ребята всегда ждали его новые картины, наполненные светом, солнцем и всем, что озаряло дружбу, да и просто жизнь юноши.

— Парни, это жесть! — Женя ворвался в комнату, залпом допил чай из рук Булгакова, словно это виски, схватился за голову и начал быстро бродить по кухне, бормоча под нос какие-то нецензурные слова. — Выметайтесь из квартиры.

— Ты ничего не перепутал?! — не скрывая злости, рявкнул Саша. — Это моя квартира. И чай тоже мой… был…

— Мне только что позвонил отец, он в Москве по делам и хочет посмотреть, как я живу.

— Так пусть заходит, мы безобидные, Ваню спрячем. — пожал плечами Базаров.

— Он уверен, что я уже пять лет как живу в своей квартире! — никто не ответил, а Чехов продолжил, отвечая на молчаливые переглядки друзей. — Папа мне каждый месяц присылает крупные деньги, и вы это знаете. Я вам немного наврал, сказав, что это в общем и целом на мою веселую юную жизнь. Нет, на них я должен быть снимать квартиру. Вы по-прежнему ничего не понимаете?!