Юдину даже не удивило то, что Артем оказался в курсе событий, где он даже не присутствовал — парни каким-то образом ему все уже успели доложить.

— А нечего языком трепать.

— Даш…

В этот момент что-то перемкнуло в ней, прямо как когда Ковалёв ей начал выговаривать. И все эмоции, которые Юдина держала в себе весь вечер, всю злость она решила выплеснуть именно на виновника всего этого.

— Что — Даша?! Я тебя сегодня хоронила, болван! Ты вообще понимаешь, каково мне было наблюдать за всем этим? Выслушивать весь день всю эту хрень? Такого понаслушалась! А ты теперь этого мудака защищаешь. Не могла я терпеть, понимаешь, не могла!

Даша резко замолчала и закрыла глаза, ощущая, как по щеке потекла слеза. Она выплеснула эмоции, весь день тяготившие ее, но почему-то легче ей от этого не стало.

Она почувствовала, как Артем обнял ее и крепко прижал к себе, а сам уткнулся носом в ее волосы.

— Прости.

— Нет, ты прости. Я сорвалась. Все как-то навалилось…

— Тш-ш, все хорошо. А Ковалёв… Ничего, в целях профилактики. Чтоб за базаром следил.

Он отстранился и большим пальцем стёр слезы с ее щёк. Юдина, шмыгнув носом, посмотрела на него из-под слипшихся от слез ресниц и вымученно улыбнулась.

— Я устала.

— Давай, отнесу тебя, — он опустил руки пониже и, обхватив ее под зад, поднял над полом и понёс в сторону спальни. — Тебе отдохнуть надо.

— Я в ванну хочу. Мне кажется, от меня несёт кладбищем.

— Ничего, отмоем.

Часть 3: 1994. Глава 33

Часть 3: 1994. Глава 33

Даша остановилась и, тяжело дыша после продолжительного бега, огляделась по сторонам.

Она долго бежала по какой-то дорожке и старалась не оглядываться назад, где следом за ней один за другим гасли фонари. Какие-то она разбивала сама, кидая в них камни и отбегая от брызг стекла в сторону, какие-то, оставшиеся целыми после того, как она убегала прочь, сами гасли, погружая все пространство вокруг в темноту. И Даша упорно пыталась сбежать от неё. И хоть впереди ее ждала точно такая же темнота, которую слабо рассеивали пока ещё слабо светящиеся фонари, она бежала именно туда, где был хоть какой-то свет, потому что подсознательно Даша понимала, что подступающая к ней сзади темнота утянет ее за собой, как болото, и ей никогда не выбраться из неё. Темнота же впереди давала какую-то надежду… Но надежду на что — Даша не знала.

Она бежала долго и вот наконец остановилась, пытаясь хоть немного перевести дух и заодно осмотреться. Спереди и сзади ее поджидала темнота, и лишь на этом небольшом пятачке стояли ещё пару фонарей, которые едва светили. Но неожиданно и они замигали, а затем и вовсе одновременно потухли. Даша вскрикнула, погрузившись в вязкую тьму, и сразу же проснулась.