Полины долго не было и наконец она появилась в коридоре, бесшумно двигаясь в своих больничных тапках. По ее вижу можно было догадаться, что она и без того вымоталась за смену, так еще и все эти перестрелки лишь прибавили работы и нервотрепки.

— Вот тот, молоденький с порезами, потерял много крови, но с остальными ранеными, думаю, все будет хорошо, — произнесла Полина, остановившись возле них. — У Ильи шок, но раны не опасные. Им сейчас занимаются, все обработаются и перевяжут, так что через пару часов можете забрать его. А вот у Сережи… Там сложнее. Артерия не задета, но…

Артём знаком головы попросил ее замолчать — этой информации ему было достаточно. Он поднялся на ноги, приобнял сестру, поблагодарил за помощь и попросил:

— Уходи. Прямо сейчас. Иди домой, собирайте вещи и вместе с Ваней и мамой уезжайте отсюда. Поезжайте на море, там сейчас хорошо.

— Во что ты нас втянул? — прошептала Полина, помрачнев. Она явно была не готова к тому, что их разговор неожиданно сменит тему, и уж явно не обрадовалась такому внезапному предложению, быстро догадавшись, в чем тут дело.

— Пожалуйста, не сейчас. Просто делай как я сказал. Чем быстрее, тем лучше.

— Но я на работе.

— Я договорился с твоим заведующим. Вот, — он вложил ей в карман халата толстую пачку купюр. — Этого хватит. Я вам позвоню, когда можно будет вернуться.

— Артём…

— Видишь, не зря мелкого побыстрее крестили.

Полина посмотрела на него долгим и тяжелым взглядом, весь ее вид говорил о том, что она хочет многое высказать ему, а может, даже влепить хорошую затрещину, но вместо этого она просто развернулась, бросив вместо прощания:

— Идиота кусок, — и ушла из коридора.

Артём молча глядел, как его сестра шла прочь от него, но не стал кричать ей вслед, не пытался ее остановить — он хорошо ее знал, знал, что она послушается и сделает так, как он сказал, а потому не волновался за нее. Когда же за Полиной захлопнулась ведущая на лестницу дверь, не поворачиваясь к Даше лицом, он спросил:

— Я к парням загляну. Пойдешь со мной?

Согласно кивнув, Даша молча поднялась со скамьи и пошла вслед за ним. Этот разговор между братом и сестрой оставил на ее душе неприятный осадок. Что-то подсказывало ей, что скоро ее тоже ждёт подобный разговор. Вот только она знала, что он не пройдёт так же спокойно, как этот, и она не будет такой же послушной, как Полина.

Но все было относительно спокойно. Они зашли к Илье, дождались, когда ему закончат перевязывать раны, осмотрели других двух пострадавших и стали собираться домой, как внезапно Волков заявил, что едет с ними. Врачи настаивали, чтоб он хотя бы еще на сутки остался под их присмотром, но Илья был непреклонен — в больнице ему жутко надоело.