– Это весело! – Я позвала Донавана, когда он вышел из дома с двумя бутылками воды. Я приземлилась на колени, затем опять несколько раз на ноги, а потом, наконец, легла на спину, и оставалась так, пока батут не перестал раскачиваться.

Поверхность батута продавилась, когда Донаван залез на него и присоединился ко мне. Должно быть, он оставил воду на ступеньке – когда он лег рядом со мной, его руки были свободны. Я потрогала его ногу своей, чтобы проверить, снял ли он обувь. Голые ступней я нащупала его ноги в носках.

– Просто проверяю, – сказала я.

– Все знают, что нужно снимать обувь на батуте.

Я убрала ногу, и мы провели несколько молчаливых минут, смотря на облака, лениво плывущие по небу.

– Хочешь поговорить об этом? – спросил он еще раз.

– Нет.

Он потянулся ко мне и взял за руку.

– Сегодня утром я говорила с Реми. Леа сказала, что режиссеры общаются друг с другом, и мне нужно больше беспокоиться не о том, что думает обо мне публика, а о том, что Реми думает об этой статье… и обо мне.

– И что он сказал?

– Что я еще не опытная… но страстная.

– Ты страстная.

– Не знаю, возьмет ли он меня на роль еще раз. Порекомендует ли еще кому-то. Если эта вся ситуация на площадке продолжится, то, возможно, и нет.

– И что планируешь делать?

– У меня еще есть больше пяти недель съемок. Думаю, план такой: прекратить этот спектакль и изменить мнение о себе в интернете.

– Как?

– Еще не знаю.

– А Грант может написать о тебе что-нибудь хорошее? У него миллионы подписчиков. По крайней мере, это помогло бы твоей репутации в интернете.

– Он не станет. Я уже спрашивала… дважды. – Придумаю что-нибудь еще. Но пока я собираюсь прыгать на батуте, притворяться, что все хорошо, и целоваться с парнем, который мне нравится.

Я повернулась и задрала голову так, чтобы лучше разглядеть его приятное лицо.