После этого я вздыхаю, вновь увожу взгляд, и делаю глоток. Потом еще один. Жду, пока тепло распространится по венам, и согреет. Притушит животное волнение и неуемную внутреннюю дрожь.

Гордей садится рядом со мной на край кровати, его свободная ладонь накрывает мою ногу чуть выше колена.

Нравится? Еще как. Пульсирующий огонь во мне разрастается. Кожу жарит даже через ткань тонких домашних брюк.

Но он не ведет ладонь дальше, оставляет как есть.

— Почему ты не едешь домой? — спрашиваю я, и, чтобы скрыть смущение, делаю еще один глоток.

Наверное, глупый вопрос, но я все равно его задаю.

Он также делает глоток из своего бокала.

— Пока что не придумал, что мне там делать. Но если хочешь, я уеду.

— Нет, не хочу. Хочу, чтобы ты остался. Мне… очень нравится. Все. Твое присутствие, слова, прикосновение.

Ответ выходит слишком откровенным, и я чувствую, что слегка краснею.

— Если хочешь, можешь остаться на ночь. На любое время, — добавляю я. — Делай, как тебе удобнее.

— Сейчас я принесу что-нибудь из фруктов, — говорит Гордей, и поднимается.

Уходит, а я словно оголенный нерв. Слышу, как он двигается по кухне. Открывает сначала холодильник, потом включает воду. Через несколько минут он возвращается, и вот уже на столике передо мной стоит ваза с фруктами. Персики, абрикосы, виноград.

Гордей заказал очень много разной еды, конечно, сам расплачивался. Я чувствую некоторую неловкость из-за этого, но алкоголь действует, как и должен. Кажется уже, что ничего страшного в этом нет.

Я принимаюсь за виноград, продолжая потягивать вино. Немного похудела, пока лежала в больнице, и за фигуру не волнуюсь, хотя знаю, что многие девочки полностью исключают из рациона фрукты. Но я пока что себе не отказываю.

Когда Гордей снова устраивается на кровати, подсунув под спину подушку, я расслабилась настолько, что неловкость окончательно пропадает.

И… хочется болтать ни о чем, вдыхать его запах, касаться его. Почувствовать его ближе.

— Ну что, включаем фильм? — спрашиваю я, и Гордей послушно щелкает пультом.

Я придвигаюсь к нему ближе. Чувствую, как его рука ложится на мое плечо.

— Облокачивайся, не бойся, Бельчонок.