— Ничего не понимаю, — бурчу я, смотря на безразличное отношение Джексона ко всему происходящему. — Джексон, ты можешь, конкретно сообщить, какую именно информацию сообщил тебе отец, что ты не можешь придти в свое первоначальное, прежнее состояние?

— И да, я должен быть тебе благодарен за то, что ты помогла мне сблизиться с отцом, заставив поговорить меня с ним. Если бы я отказался, то никогда не узнал бы правды, которая, к сожалению или к счастью, мне неизвестно, заставила меня кардинально изменить отношение к миру и к моему будущему в секунду. Завтра я уеду, но обещаю любить тебя всегда независимо от никаких обстоятельств.

Он словно не слышит меня. Я спрашиваю одно, но он отвечает мне другое. Что с ним?.. Что с моим Джексоном? Я всего могла ожидать, но чтобы так сильно переживать…

— Джексон, — чувствуя я, как наворачиваются слезы у меня на глазах от расставания со своим близким человеком, — не говори так, ты же не навсегда уедешь?..

— Я просто сказал, чтобы ты знала, что я всегда буду любить тебя.

— И я тебя люблю, очень!

Приближаясь к Джексону, я целую его в горячие губы. Его рука медленно опускается на мою грудь, вводя меня в возбужденное состояние.

— Я хочу тебя, — страстно открыто сообщает Джексон, кусая мочку моего уха, от чего мое дыхание заметно учащается.

— И я тебя хочу, — прижимаясь ближе к телу Джексона, сообщаю нежно я.

Джексон горячими, как огонь, руками с заметными вздутыми венами на них расстегивает пуговицы на моей блузе, прикасаясь нежными губами к очертаниям ключицы, шеи, живота.

— Не могу насмотреться на твое идеальное обнаженное тело… — отмечает маняще он.

— Что ты со мной делаешь … — дрожу я, постепенно расслабляясь и теряясь в сознании. Сейчас мои мысли только заполняет Джексон, которого я безмерно желаю.

Он снимает футболку и его мускулистое, сексуальное тело заставляет подчиниться всему, что он желает сделать со мной. Обнимая его, я произвольно в отсутствии понимания своих действий, провожу ногтями по его спине, груди, оставляя свой след.

Джексон резко сдвигает мое тело с кресла на постель, которая освещается в этот момент тысячью фонарями, загорающимися в ночи, и которые на наших нагих телах делают своеобразные очертания. Джексон находится сверху на моем теле, надевая средство защиты — презерватив, с усилием входя в меня, он заставляет меня от приятных чувственных ощущений издавать стоны, которые сильнее возбуждают его состояние. Он приподнимает мои руки, держа их своими ладонями, отдаваясь полноценно влечению. В его глазах я вижу страсть, которая была несравнима с нашим первым разом. Мои ноги к достижению пика начинают судорожно дрожать, а тело покрывается мурашками. Я не испытывала подобных чувств еще ни к кому.