Я научилась жить одна. И до дрожи боюсь снова впустить в свою жизнь Ястрбовского. Или хочу?

Прикрываю глаза, вспоминая короткое, но такое счастливое время. Демьян ведь вел себя совсем не так, как однажды в прошлом. Тогда он только брал, а сейчас дарит так много, что я просто купаюсь в заботе и внимании.

Но никак не могу сделать последний шаг.

Наденька радостно гулит.

Ее не тревожит нервные вздохи мамочки и ее рассеянность.

Кошусь на телефон, отчаянно мечтая поучить от Демьяна хотя бы смс, но экран пуст.

Глубоко вздыхаю.

Так. Надо успокоится. Я виновата, нужно признать. И извиниться.

Отложив погремушку, быстро набираю несколько неловких слов и отправляю сообщением. Позвоню потом. Как соберусь с мыслями. Или, может, Демьян ответит?

Но нет.

Проходить пять минут, десять… пол часа, а Ястребовским молчит.

Внутри медленно зреет до ужаса паскудное ощущение. Что если это было последней каплей? Демьян не обязан за мной бегать. У нас вообще очень, кхм, специфические отношения. Он может просто уйти, ведь вокруг полно нормальных, свободных девушек.

Сердце сжимается так, что на глазах выступают слезы.

Стоит представить его с другой – и перед глазами мелькают черные мушки, а внутри тянет до ужаса знакомой болью.

Не могу… Нет, не хочу!

- Господи, - шепчу пересохшими губами.

Влюбилась.

По коже бегут противно-холодные мурашки, а сердце натужно ворочается в груди. До боли в пальцах стискиваю погремушку, а внизу живота неожиданно больно тянет.

Это действует лучше всякой пощечины.

Глубоко вдыхаю и считаю до десяти.