Никакие чувства не стоят жизни моего ребенка. Я хочу его выносить и родить. И сделаю это!

Уж не знаю, чудо это или самовнушение работает, но постепенно успокаиваюсь. С Демьяном я еще встречусь. Поговорим, обсуди все как следует. Мне даже алименты не нужны, отчество ребенку по имени своего отца дам, так что все будет хорошо.

Повторяю это, как мантру.

Мне нужен позитивный настрой.

Ну и пусть Демьян не звонит уже час… Два… Все равно. То есть, вру, конечно, но запрещаю себе думать о тревожащем факторе.

Однажды я допустила страшную глупость.

Пошла на поводу у чувств и рванула в Москву, чтобы искать личной встречи. А могла бы сидеть дома. Взять себя в руки, рассказать обо всем бабушке – она бы меня поддержала. Может, тогда удалось сохранить беременность.

Но моя несдержанность стоила слишком дорого. Больше я не собираюсь повторять ошибок прошлого. Даже если чувства так незаметно для меня самой окрепли и набрали силу.

Справлюсь.

Ради своих детей.

В мятущиеся мысли вклинивается звонок домофона.

Сердце радостно подпрыгивает, но мысленно уговариваю себя, что это курьер. Или кто-то по работе, мало ли.

Но нет, стоит мне нажать кнопку – и вижу стоящего перед дверями Ястребовского.

Глубоко вздыхаю.

Ладно.

Значит, поговорим сейчас.

Однако все, что я успеваю открыть – это дверь. Демьян вваливается в прихожую и, не дав сказать слово, вытаскивает из кармана джинс бархатную коробочку.

- Выходи за меня, Алена, - смотрит так, что я не выдерживаю и присаживаюсь на пуфик. Под коленками слабость.

- Ч-что?

- Выходи за меня. И это не просьба.