— Тебе звонил Ли, — сказала я.

— Ли, Хэнк, Дюк, не говоря уже о Мейсе и полудюжине полицейских, до которых долетели слухи, и им хотелось уточнить степень серьезности наших отношений.

Я моргнула, глядя на стол.

— Что? — спросила я.

— К твоему сведению, я ясно дал понять, что степень серьезности наших отношений зашкаливает.

Боже милостивый.

— У нас было только одно свидание, — напомнила я.

Тишина.

Затем бормотание по-испански и, наконец:

— Нам нужно снова поговорить?

Нет!

Больше никаких разговоров.

— Думаю, я поняла, — сказала я ему.

— Надеюсь, Chiquita, а если не поняла, то поймешь, — тихо сказал он.

Ой!

— Я поняла.

— Черт, ты меня убиваешь, — в его голосе звучало раздражение.

Мне было его жаль, но я не знала, как помочь. Помощь ему означала бы открыться еще сильнее, а я и так уже многое чувствовала.

Я решила сменить тему: