Поскольку он назвал меня по имени, я не могла его игнорировать, поэтому посмотрела на него с безразличием и спросила:

— История?

Я ни о чем не рассказывала Инди или кому-либо еще — ни о маме, ни о Смити. Люди с добротой относились к тому, что произошло с мамой, но было странно говорить о ней и о нас, и о том, как нам приходилось справляться с делами. На меня смотрели с таким выражением, которое говорило: «Бедняжка», и это меня немного злило, потому что, знаете, в жизни случается всякое. Мы со многим сталкиваемся.

Как бы то ни было, Эдди больше повернулся ко мне, глаза Ли переместились на меня, и я почувствовала, как жар приливает к лицу.

— Да, — сказал Эдди, — твоя история.

Я запаниковала, так что мне пришлось найти способ сказать как можно меньше и убраться оттуда к чертовой матери.

— Никакой истории. Я просто Джет.

— Просто Джет. — Его улыбка не померкла, и я почувствовала, как внутри все скручивается.

— Да. — Я принялась раскладывать стаканчики.

Эдди повернулся к Ли и сказал:

— Не знаю, как ты, но я думаю, что Просто Джет что-то скрывает.

— Все что-то скрывают, — ответил Ли, все еще глядя на меня, и я могла поклясться, что он прочитал мои мысли и пытался заставить Эдди оставить меня в покое.

— Не я. — Текс, бариста Инди, ветеран Вьетнама и бывший заключенный, у которого не все дома, но его невозможно было не любить, потянулся через меня, отдавая Эдди капучино: — В моем случае, ты получишь то, что видишь.

Эдди не сводил с меня глаз, даже когда потянулся за сахаром (Эдди добавлял много сахара в кофе, я сразу запомнила этот факт, как запоминала практически все об Эдди).

— А как насчет тебя, Просто Джет? Мы получаем то, что видим?

Просто к вашему сведению, я не была девственницей и мне совершенно не везло в любви. Всю среднюю школу я встречалась с одним парнем и еще тремя после, со всеми продолжительное время.

Все были скучными.

Предсказуемыми.

Все хотели большего, но не знали, как это получить.

Все такие же, как я.