Мы настолько поглощены друг другом, что сначала не замечаем его. Мое внимание привлекает звук фотоаппарата, прищёлкивания. Я слышу этот звук больше недели, так что уже привыкла к нему.

И я привыкла к папарацци, которые крутятся вокруг и делают снимки. Но этот парень... я не знаю.

— Не обращай на него внимания, — говорит Зевс, притягивая меня ближе к своему телу, пока он ведет нас к своей машине.

— Эй, Зевс! Как ты относишься к тому, что твоя мамаша скрывала от тебя твою дочь? Судя по всему, ты в порядке. Значит, вы снова вместе? Значит ли это, что ты бросишь стриптиз, Камерон?

Мое лицо становится свекольно-красным. Меня трясет. Я просто хочу уйти отсюда и подальше от этого парня.

— Для чего ты раздевалась, Камерон? Ради денег? Или тебе просто нравится раздеваться перед людьми? Знаешь, есть люди, которые готовы заплатить хорошие деньги, чтобы увидеть тебя голой. В том числе и я.

Зевс поворачивается, отпуская меня. Он подходит к журналисту.

— Отвали, блядь, — рявкает на него Зевс.

Идиот поднял руки вверх и сделал шаг назад.

— Просто констатирую факты, мужик. — Он пожимает плечами.