Она посмотрела на меня, а затем снова на потолок.

— У меня слишком сильно кружится голова, Джек. Думаю, мне нужен перерыв. Сколько времени прошло?

— Ты выбрала это вместо МРТ. Либо это, либо то.

Наши плечи соприкоснулись, когда я отпустил ее руку и потянулся, чтобы взять у нее чашку.

— Я знаю, Джек. Я ничего такого не имела в виду. Прости.

Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Она понятия не имела, как я был зол, каким беспомощным и бесполезным я себя чувствовал, потому что я ничем не мог помочь ей в этой ситуации, кроме как сесть своей задницей рядом с ее и дать ей понять, что я буду рядом, что бы ни случилось, что, похоже, ничего не дало.

— Ты уверен, что тебе не нужно быть в офисе? — спросила она в потолок.

— Я не уйду, так что можешь прекратить попытки отослать меня. Давай же. Нам осталось совсем немного, и мы сможем выбраться отсюда.

Я посмотрел на нее, ожидая с чашкой в руке. Я хотел выбраться отсюда так же, как и она, если не больше.

— Это не аллергия, Джек. У меня утечка спинномозговой жидкости. Ты ведь знаешь это, верно?

Я был согласен с ней. Я никогда не видел, чтобы кто-то проходил через подобное, но у меня хватало ума держать язык за зубами.

— Мы этого еще не знаем. Ты слышала, что сказал доктор.

Она медленно покачала головой из стороны в сторону.

— Вообще-то не слышала. Я отключилась, когда ты начал задавать все эти вопросы.

Я протянул руку и убрал ее волосы за ухо.

— Давай, еще немного. Тогда мы можем идти.

Она облизнула губы, и я заметил, что ее глаза снова заблестели.

— Если ты начнешь плакать, я выйду из себя, и у нас будут проблемы.

Она хихикнула, вытирая глаза.

— Я не плачу. Я не буду плакать.