Он был влюблен в меня.
Но опять же, я уже знала это. Я видела это в его прекрасных голубых глазах день за днем. Я знала точный момент, когда впервые увидела это, увидела возможность того, что мы можем быть вместе: в той темной больничной палате, когда он забрался ко мне в постель. Это была первая ночь, когда я подумала:
Чувствуя головокружение, я сползла по стене и прислонилась к ней головой. Я не знаю, сколько прошло минут, но когда я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы снова двигаться, я выглянула из-за угла, убедившись, что меня не видно, на случай, если он все еще стоит там.
Он стоял.
Мы закончили так же, как и начали.
Я наблюдала за ним из безопасного дверного проема кухни, а книгу, которую я взяла, забыла на полу рядом с собой. Должно быть, я заснула где-то после четырех утра и вскочила в панике, когда в дверь вошел Оуэн с растерянным выражением лица.
— Какого черта ты делаешь на полу?
У меня пересохло во рту, глаза горели, а голос звучал с трудом, когда я пыталась говорить.
— И тебе доброе утро, солнышко. Как видишь, я просто немного поспала.
— Правильно, потому что это то, что ты делаешь на полу. А что Джек делал снаружи?
После нескольких попыток встать я сдалась и встала на колени, чтобы держаться за край острова и подтягиваться.
— О чем ты говоришь?
Оуэн протянул мне руку и помог.
— Он был прямо на улице, полузамерзший, судя по его виду. Он пожелал доброго утра и ушел. Это твоя версия придания остроты вашему браку, или вы поссорились или что-то в этом роде?
Я откинула волосы с лица.
— Или что-то в этом роде, — пробормотала я.
Когда Оуэн прошел мимо меня, качая головой, я осторожно выглянула из дверного проема, мои глаза искали его. Когда я не смогла найти то, что искала, я полностью вышла из кухни и прошла через столы, пока не оказалась прямо перед окном, глядя на улицу.
Как и сказал Оуэн, его не было.