— Никак. У меня их не бывает, — отрезает Илья. Убирает подарок обратно в футляр и кладет тот в бардачок.

Машина трогается с места. Я размышляю над предложением Ильи несколько секунд, а потом начинаю рассказывать о своей грубой ошибке. О страхах. О том, как соскучилась по Косте и как плохо мне жить в незнакомой стране, где все для меня чужие. Ремизов внимательно слушает всю дорогу, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Оказывается, внутри столько всего накопилось!

Незаметно мы подъезжаем к моему дому. Выходить не торопимся, потому что я всё говорю и говорю, никак не могу остановиться. Слезы текут по лицу рекой.

— Давай выйдем на свежий воздух, — предлагает Илья и покидает салон.

Обходит машину и открывает дверь с моей стороны. Я опять пошатываюсь, оказавшись на каблуках. Из-за слез толком ничего не видно. Я не позволяла себе подобной истерики очень давно, но сегодняшний день меня просто-напросто сломал, обнажив боль.

Повиснув на Илье, беззвучно плачу, уткнувшись лицом в его шею, пока он стоически выдерживает атаку моих эмоций и успокаивающе гладит по спине.

— Все будет хорошо, — шепчет. — Пойдем в дом. Я распоряжусь, чтобы Нобуо сделал тебе успокаивающий чай на травах. Потерянные деньги — хрень полная, нашла из-за чего разводить сырость.

Собираюсь с ним согласиться и прекратить заливать его темную рубашку слезами, когда позади раздается знакомый голос:

— Вот это я понимаю. Замечательный подарок на день рождения! Наверное, лучше даже не придумаешь.

Пульс разгоняется до немыслимой скорости. На мгновение кажется, что это галлюцинация и я схожу с ума после череды сильных стрессов.

Илья, будто почувствовав, что я слабею, крепче прижимает к себе.

Вывернувшись, резко оборачиваюсь и учащенно дышу. Сердце работает на разрыв.

— Руки от нее убрал.

Перед нами стоит Гончаров. В черной футболке и джинсах. На щеках густая темная щетина, взгляд пристальный и недовольный. От увиденного грудную клетку сдавливает будто чем-то тяжелым. Колени окончательно подводят, и если бы не руки Ремизова на талии, то я бы упала на землю.

52 глава

52 глава

— Действительно хочешь, чтобы я убрал от Маши руки? Тогда она окажется на земле, потому что едва стоит на ногах. — Илья даже не думает меня отпускать. — Мог бы предупредить о том, что появишься. Тогда бы не стало сюрпризом наше близкое общение, — продолжает он с такими же твердыми интонациями, как и у Гончарова.

Костя сцепляет челюсти и пристально смотрит на меня. Хочется протянуть к нему руки, сделать несколько шагов и повиснуть на его плече, но не могу пошевелить ни одной конечностью. Словно в камень превратилась. Гончаров продолжает меня разглядывать. Задерживает взгляд на плоском животе и хмурится. Неужели Рафаэль не сказал Косте, что никакого ребенка нет? Внешне ничего не выдает эмоций Гончарова, но глаза…