— Может, нам на остров сгонять на неделю? Здесь недалеко есть отличное место, — предлагает Костя. — Я давно никуда не выбирался. Охота погреться на солнце.

— Я согласна. — Вожу пальцем по его груди.

Так хочется узнать подробности. Что произошло с Костей, после того как он оставил меня одну. Если тогда было табу, то теперь уже можно? Как я поняла, ни моей, ни его жизни ничего больше не угрожает, так ведь?

— В прессе не было никакой информации о твоей смерти, — начинаю издалека. — Лишь то, что тебе дали большой срок за ряд преступлений. Я когда увидела эту цифру, подумала...

— Что пятнадцать лет проведешь в одиночестве? Неужели правда бы провела? — с насмешкой спрашивает Костя и открывает глаза.

— Не знаю. Скорее всего, ты бы провел, потому что на пятом году одиночества я бы иссохла, и мое ожидание закончилось. Но с твоим подходом к выбору спутницы жизни, ты бы не остался один, правда? — заигрываю я.

Костя берет мою руку и кладет на свой живот, направляет ее ниже. Я громко сглатываю, потому что у него опять стоит. Мы спали от силы часа три или четыре, а он снова готов? Невероятный мужчина.

— Та женщина, что была на вечере в ресторане, не приходила тебя поддерживать?

— Не приходила. Я о другой все время думал, — отвечает Костя и прерывисто втягивает в себя воздух, когда я сжимаю его член ладонью.

Представляю, как он сейчас будет скользить во мне, и знакомое тепло моментально растекается внизу живота. Ни с кем еще подобного не испытывала. Постоянно дух захватывает от этих ощущений. Мне так этого не хватало.

— Что там с курсами? — интересуется Костя.

Щеки обдает жаром, во рту собираются вязкая слюна.

— По языку? Илья предлагал заниматься по четвергам в шестнадцать ноль-ноль. Но я отказалась, — прикидываюсь дурочкой.

Костя раздраженно закатывает глаза:

— По языку? Да, помощь в этом деле тебе определенно потребуется. При мне только не упоминай Илью. Я на него очень зол.

Прижимаюсь губами к Костиной шее и веду языком вверх, к подбородку и скулам.

— Хорошо, не буду. Кстати, ты умеешь говорить на японском? — интересуюсь я.

Чувствую, как грудь Гончарова подрагивает от смеха.

— Ругаться на нем я умею отлично.

Костя кладет руки мне на талию, и через мгновение я оказываюсь под ним.