– Никаких НО, я не могу бросить тебя сейчас, – в голосе твердость и решительность.

– Игорь, я в порядке, – устало вздыхаю я.

– Знаю. Давай иди, садись в машину. Я сейчас приду. – Игорь отпускает меня, разворачивает на сто восемьдесят градусов и подталкивает к машине.

Переубеждать его бесполезно, тем более что я даже рада тому, что проведу с ним вместе оставшийся день. Поэтому уговаривать его я не собираюсь. Если прогуливать, то прогуливать вместе.

Оборачиваюсь и вижу, как он быстрым шагом, почти бегом, достигает крыльца и скрывается за тяжелой дверью. И как я могла сомневаться в нем? Видимо, в порыве гнева, отчаяния и в любом другом неадекватном состоянии сомневаешься даже в том, в чем сомневаться нельзя, просто глупо и абсурдно.

С легкой дрожью в теле – остаточное явление после шока – преодолеваю короткое расстояние до машины, дистанционным ключом открываю двери и забираюсь на переднее пассажирское сиденье. Устало откинувшись на спинку, принимаюсь ждать Игоря.

Неохотно открываю глаза, щурясь и пытаясь сообразить, где нахожусь. Да я заснула! Прям сидя в машине. Перед глазами мелькают крыши ничем не примечательных одноэтажных домов. Поворачиваю голову в сторону водительского кресла. За рулем сидит он – весь такой сосредоточенный, правильный, сильный, одним словом мужчина. Усаживаюсь поудобнее. Шорох моих движений заставляют обратить на меня внимание.

– Проснулась? – мягкая улыбка. – Как спалось?

– Мне приснилось, что ты мне изменил, – спросонья брякаю я.

Не знаю, зачем я это сказала. Может, в надежде, что Ника эта – всего лишь кошмарный сон. И жду, что он подтвердит это.

Он задерживает на мне долгий, внимательный, слегка хмурый взгляд, прежде чем мрачно ответить:

– Во-первых, это не сон. Во-вторых, я тебе не изменял. И в-третьих… я запрещаю тебе смотреть такие сны, – потеплевшим голосом завершает он, легким прикосновением пальцем быстро скользнув по моей щеке.

Улыбаюсь неожиданной ласке.

– Ники больше не будет, – вдруг жестко говорит он после недолгого молчания, – я обещаю тебе. Она первым же рейсом отправится обратно в Питер. Она больше не появится в нашей жизни.

Желая сменить поток неприятных мыслей, начинаю разглядывать незнакомый пейзаж в окне.

– А куда мы едем? – интересуюсь я, когда мимо проплывает очередной дорожный указатель.

– В лес, – совершенно спокойно отвечает Игорь, сворачивая на неизвестное шоссе. Внезапно окно перестает быть интересным объектом наблюдения.

– Что? Ты сказал «в лес»?

– Да, Алекс, мы с тобой едем в лес.

– Зачем? – не понимаю я.