– Гош, да понял я, понял. Ты каждый раз, при каждом разговоре мне это припоминаешь. Не надоело? Мне всего лишь нужна машина. И я не собираюсь больше пьяным садиться за руль, и с наркотой я завязал, ты же знаешь.

– Ты, щенок, мал еще, чтоб понять, что машина – это тебе не игрушка, черт возьми! Так что не рассчитывай на меня. Денег я тебе не дам.

– Черт! – и последующий за ним удар – стекло? – заставили меня подпрыгнуть на месте.

Что там происходит? Немедля выбегаю к ним. Вижу… разбитый журнальный столик, множество осколков стекла на полу и… кровоточащий полу-сжатый кулак Андрея. Тот, стискивая зубы, морщится от боли. Тряся перед собой раненную руку, сжимает, разжимает ее.

– Что здесь произошло? Игорь? – спрашиваю я, пораженно переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– Не волнуйся, Алекс. Это ему так силы некуда девать. Вот и рушит всё подряд. Придется купить новый. Выберешь на свой вкус? – обращается он ко мне как ни в чем не бывало, имея в виду журнальный столик.

Конечно выберу, но разве сейчас об этом нужно думать?

– По-моему, для начала нужно от старого избавиться, собрать все осколки, – опускаю потерянный взгляд на разбросанные по полу стекляшки, потом смотрю на руку Андрея, – и руку перевязать нужно.

Осторожно огибаю препятствие на полу и сажусь на диван, рядом с горе-племянником.

– Алекс… – норовит возразить Игорь.

– Игорь, тащи аптечку, – безапелляционно требую я.

И он, громко фыркнув, послушно направляется в ванную.

– Руку дай. – С суровым, наверное, даже слишком, выражением лица прошу Андрея показать мне порезы.

– Алекс, не трогай его. Я сам всё сделаю, – говорит Игорь, возвращаясь с коробочкой медикаментов в руках.

– Иди к черту! – бросает Андрей. – Мою руку перевяжет она, – и широко улыбается мне.

Вероятно, уже и боль прошла, раз наглая ухмылка вернулась на прежнее место обитания. Ну раз ему не больно, можно особо не стараться. Да и нахальных типов с фальшивыми, игривыми улыбками я на дух не переношу.

Молча беру у Игоря коробку – хоть тот и показывает всем видом, что не одобряет мой порыв помочь – и ставлю ее себе на колени. Недовольный, стиснув в гневе челюсть, мужчина мой пристраивается сбоку: стоит, сложив руки на груди и возвышаясь над нами.

Уже перевязывая бинтом, на секунду отрываю взгляд от раненой руки и смотрю на Игоря, нервно покусывающего верхнюю губу. Да что с ним такое?

– Всё, готово.

И как только я произношу эти слова, Игорь берет племянника за плечо и резко поднимает с дивана.