– Лера, задержись, пожалуйста. Мне нужно с тобой поговорить, – останавливаю я подругу при выходе из аудитории.

– О чем, Алекс? По-моему, мы с тобой уже говорили. Молчишь ты, молчу и я. Альтернативных вариантов нет, увы, – она разводит руками.

– Знаю, я как раз хотела поговорить об этом. Рассказать тебе всё.

– Неужели? – Лера недоверчиво сводит брови.

– Ага. Выйдем? – предлагаю я, не желая говорить о личном в стенах университета, коридоры которого редко бывают пусты даже в обеденный перерыв. – Пройдемся, поговорим…

– Еще раз и помедленнее, – просит Лера, сидя на качелях на детской площадке, что в пяти минутах ходьбы от нашего корпуса. – Потому как мне кажется, что у меня слуховые галлюцинации. И весьма нереалистичные.

– Да всё ты правильно услышала, – заверяю я, прислонившись к железному столбу, что так остро нуждается в свежей покраске. Мелкие голубые хлопья старой, потрескавшейся краски безнадежно осыпаются на снег. – Мы с Игорем действительно вместе. И я прошу у тебя прощение, что сразу не рассказала тебе.

Лера застывает в глубоком изумлении, чтобы через секунду воскликнуть:

– Офигеть! Очуметь! Или ты так шутишь?

– Какие шутки? Это правда. Мы любим друг друга. И знаешь… – губы сами собой расползаются в глупой счастливой улыбке, – это что-то потрясающее. Что-то, что живет во мне и тоже заставляет жить. Такого чувства у меня еще не было никогда. Ты же знаешь.

– Ага, знаю. Только погоди минутку, – она шумно выпускает воздух из легких, словно до этого пару раз пропустила выдох. – Дай прийти в себя. Я всё еще в шоке, знаешь, да?

– Могу предположить, – с доброй усмешкой отзываюсь я.

– Ты и наш Игорь Константинович… в голове не укладывается.

– Да уж. Если бы мне кто сказал тогда, два месяца назад, что я и Игорь будем вместе, я бы ни за что не поверила. Я бы послала этого человека на три буквы вместе с его бурной фантазией. Страшно вспоминать: я ведь ненавидела его вначале. А потом… как-то… влюбилась… И тебе не сказала. Лер, ты простишь меня? – виновато смотрю на подругу.

– Прощу, – говорит она, но по выражению лица понимаю, что так просто я не отделаюсь. – Только при одном условии.

– Если речь пойдет о пятерках по эконометрике, то даже не проси. Просить Игоря о таком я не буду.

– Да нет же, я не про это, хотя пятерки мне бы не помешали, – лукаво ухмыляется она.

– Лер, – с укором произношу я.

– Ладно-ладно, уже и помечтать нельзя. На самом деле я хотела, чтобы ты сделала кое-что для меня.