– Мия…Боюсь, что я не смогу отвезти тебя домой… – словно испытывая какое-то стеснение вдруг произнес он.

– Что? Но почему? Мистер Харрис, я так устала, что только и мечтаю уже лечь в кровать!

– Нет, ты не поняла. Я не могу отвезти тебя в твой дом. К сожалению, журналисты новостных каналов, уже разнюхали о том, что произошло этой ночью. Оно и понятно, каким образом, мы с тобой не особо и скрывались, когда вели трансляцию. Думаю, что они уже поджидают тебя около дома. Поэтому ради твоего спокойствия, я предлагаю поехать ко мне домой, – заводя машину, предложил Нэйтон. – В гостиницу, пока тоже слишком рискованно ехать. То что ты сегодня сделала, действительно похвально, но запустило череду опасных событий… – он опустил голову, внимательно разглядывая эмблему, что красовалась на руле. – А я не хочу снова подвергать тебя опасности, – негромким голосом сообщил он.

– Ась? Чегось? В смысле? Стоп-стоп-стоп, какой еще опасности? А вы…почему беспокоитесь? Думаете, что я снова доставлю вам проблем и придется бежать спасать меня? – совершенно не понимая, о чем идет речь, тут же выпалила я. – Все в порядке, на сегодня я больше не планирую ничего смертельного, – мое хихиканье разнеслось по салону автомобиля.

В эту минуту он повернулся ко мне и посмотрел своими прекрасными глазами с такой заботой, что никогда ранее не встречалась в моей жизни. Это было то еще зрелище, что выпадает не каждой девушке, увидеть именно этот взгляд. Мне вдруг отчаянно захотелось быть той самой, способной завладеть сердцем ледяного до чувств джентльмена. В голове возникли обрывки сегодняшних событий, когда Нэйтон вдруг появился, откуда не возьмись среди полной темноты, что обитала в том месте на стройке. Губы сами собой изогнулись в улыбке. От этого пристального взгляда даже не хотелось прятаться. Я не видела себя со стороны, но почувствовала, как щеки загорелись. Наверняка, сейчас они были красные словно половинка спелого яблока не иначе. Да и плевать, он видел меня и не в таком виде, так что можно уже выдохнуть и больше не стесняться.

Возможно, мы бы еще долго играли в гляделки, но мистер Харрис решил сдаться и все же привел машину в движение. Снова эта отвратительная тишина буквально прописалась в пространстве. Просто не было таких слов, которые я могла бы ему сказать. Почему-то всегда, когда мы оказывались вместе, то возникало чувство неловкости, когда ты не знаешь, что бы такого произнести, дабы поддержать беседу. Хотя, может быть, слова не нужны? Мы ведь пытаемся всего-то на всего закрыть ими свои истинные мысли и чувства, которые пробуждаются будучи в тишине. Когда сначала в кончиках пальцев возникает легкое покалывание, постепенно переливающееся по всему телу и наполняющее грудь такой одновременной странной, но приятной теплотой. Это едва уловимое ощущение, продолжающееся меньше минуты, но какое яркое. И именно в этой тишине, мне удалось воссоединиться с такими эмоциями, что хотелось плакать от счастья. Божественная гармония, словно все мысли разложены по полочкам охватила сознание. Отдаваясь этим ощущениям в теле, я и не заметила, как задремала.