– И я тебя люблю. Пока. – Вивиан заканчивает разговор и смотрит на меня в отражении зеркала. – Папа передает тебе привет.

С трудом подняв глаза, я смотрю на нее и скептически выгибаю бровь.

– Конечно же, передает.

В ответ на мой сарказм, Вивиан лишь пожимает плечами и продолжает причесывать волосы, легкими волнами спускающиеся до плеч.

– Ну, может, не совсем так, но он явно дал понять, что думает о тебе.

Оттолкнувшись от косяка, я приближаюсь к Вив и разворачиваю ее к себе.

– Конечно, думает, ведь со мной его дочь. – Забрав щетку для волос из ее рук, я обхватываю талию Вив и опускаю голову, чтобы сказать ей в самые губы: – Черт возьми, я так хочу остаться с тобой наедине, в спальне.

Мама предложила нам остаться вдвоем в моей старой комнате, но это будет лишь завтра. Запах ее мягких духов врезается мне в ноздри, когда я прикасаюсь языком к мягкой коже за ее ухом.

Вив поддается вперед, издав тихий стон.

– Я тоже этого хочу.

Наши ласки медленно перетекают в нечто большее. Вивиан целует меня так сильно, что я издаю что-то похожее на рычание. В последний раз мы занимались сексом в отеле в Ниагаре-Фоллс, но мы были такими уставшими и замученными, что быстро заснули, а утром отправились в Торонто.

Сейчас я хочу прикасаться к ней медленно и везде, где только вздумается. Подхватив Вив за талию, я осторожно усаживаю ее рядом с раковиной. Она раздвигает ноги, и я устраиваюсь между ними, не прекращая ее целовать. Мой палец медленно скользит по ее бедру, подкрадываясь под подол.

Но внезапно раздается громкий голос Адама:

– Лиам! Уилларды приехали!

Кейтлин Уиллард – кузина моего отца. Мама пригласила их к сегодняшнему ужину, так как меня она не видела с тех пор, как я уехал из Онтарио.

Едва приведя себя в порядок, мы с Вивиан спускаемся вниз и попадаем под пристальное изучение моей тети и ее мужа – Донована. Затем мы перемещаемся в столовую, где вместе с приготовленной мамой индейкой и различной закуской происходит один из самых шумных вечеров в жизни Вив. Но судя по ее горящим глазам и смеху, ей это очень даже нравится. Поэтому я остаюсь спокоен на протяжении всего вечера, так как у тети Кейтлин совершенно отсутствует фильтр, то есть она болтает и болтает, и часто забывает смысл слова «такт».

Затем вся наша компания перемещается на улицу, где мы с папой и Адамом разводим небольшой костер. Мама и тетя Кейтлин разговаривают с Вив, в то время как мы – мужская часть – болтаем о моей команде, турнирной таблице НХЛ и конечно же, о закусочной Адама.

Когда последнему это надоедает, он снова начинает подначивать Шона, и их перепалка привлекает всеобщее внимание. Мне не хватало этого так долго, но и жалеть я ни о чем не собираюсь. Моя жизнь стала другой, и в ней появились такие изменения, о каких я и не представлял раньше.