– С чего ты взял? – застегнула сумку, спрятав предварительно ключи во внутренний карман, а не в наружный, где они постоянно лежат, и откуда мой любимый мужчина так нагло их спер.

– Обещала же остаться на все выходные, а сама… – он нарочно сделал паузу, глядя на меня невинными глазами со вселенской печалью во взгляде, что мне стало немного не по себе.

– Если бы кто-то играл по правилам, – ткнула в него пальцем, когда проходила мимо, однако Захар поймал меня за руку, заставив остановиться. – Нечестно ключи воровать из сумочки.

– Согласен, – парень провел пальцами по моей щеке, вроде как заправляя за ушко выбившуюся прядь из хвоста. – Но я же честно признался, что вещь нужная, а ты слово дала. Не любишь ты меня, – сморщил нос, в очередной – не помню, какой по счету раз за последние пять минут – тяжело вздохнул и уставился своими наглющими синими глазами в мои.

Это потом уже я поняла, что они наглющие, а в тот момент мне стало его так жаль, что моя совесть не выдержала.

– Очень даже люблю, – пришлось признаваться, чтобы больше не видеть печали во взгляде.

И я даже представить себе не могла, что в очередной раз попалась в заранее расставленные сети. Поднялась на носочки, поцеловала Захара в губы, и уже собиралась уходить, как мой спутник резко прижал меня к себе.

– Правда? – голос парня приободрился, а рука наглым образом переместилась с моей руки на талию.

Ох, и прохиндей! И никуда от него не деться моему бедному сердцу!

– Конечно, – улыбнулась, в надежде, что хотя бы мое признание поднимет ему настроение, и он наконец-то отпустит меня. Однако этот хитрец опять все перевернул с ног на голову и выкрутился из ситуации победителем.

– Скажи еще раз, – его губы приближались к моим, и от хрипотцы в голосе снова мурашки пошли по телу, как и пару часов назад, когда Захар разбудил меня после «дневного» сна.

– Я тебя люблю, – прошептала ему прямо в губы. – Даже не сом…

Договорить я не успела – поцелуй моего спутника захватил меня в свой плен целиком и полностью. И мысли о доме куда-то испарились, и желание сейчас тащиться практически на другой конец города тоже пропало. Остались лишь мы – жаркие объятия Захара вкупе с райским наслаждением, которое обязательно наступит, если я останусь, и мои тайные желания все-таки сдержать слово до конца.

– А если любишь, то просто не сможешь бросить меня одного на весь субботний вечер и провести еще один выходной вдали от меня, – он произносил слова в перерывах между поцелуями, опаляя кожу жарким дыханием и заставляя меня дрожать снова и снова.

Манипулятор, что его черти слопали! И ведь чувствовала, что никуда я сейчас не сбегу!