– Ты тоже смелый, – сказал Лайт, улыбаясь ему уголками губ.
– Значит, мы – честные, грустные и смелые. Звучит и вправду круто. Поздравляю, ты добился цели, можешь больше не краситься ради этого.
– Мне нравится этот цвет. Отстань. – Лайт погладил свои волосы, словно утешая их.
– Когда я впервые увидел тебя, то подумал, какой вульгарный цвет, а теперь мне и самому нравится. Это так странно.
– Мин, прекращай.
– Что прекращать?
– Мое сердце не каменное.
Мин это знал. Оно гибкое и мягкое. Понимающее. Сильное. Страстное. Бездонное.
Никакая звезда с небес не падала, но он все равно загадал желание. Парень, который не верил ни в судьбу, ни в рок; который жил с рациональностью в крови и грубостью на языке. Закрыв глаза и стараясь растянуть этот момент на бесконечные полосы счастья, Мин хотел одного: пусть человек рядом с ним направит на него все чувства, копившиеся годами в этом маленьком теле и большом сердце.
Чувства делают людей глупыми, нерациональными, внезапными и зависящими. Мина тянуло пройтись и по этой дорожке – познать любовь и утонуть в ней. Он знал, что брать с людей обещания, которые они могут не сдержать, за пределами его системы координат. Однако был готов отпустить свою боль и злость, так долго пожиравшие его изнутри, подобно паразиту. Он сам его выкормил и пригрел. Но Мин устал от поврежденности души и собирался залатать ее. И вместо обещания он мог попросить.
– Ты должен мне просьбу, помнишь?
– Уже придумал?
Воспоминаниям не под силу победить настоящее. У памяти есть пределы, в то время как настоящее безгранично в этот самый момент. Особенно если ты свободен и счастлив.
– Не становись воспоминанием. Оставайся моим настоящим.
_________________________________
Слово автора
Слово автора