– Ничего, если тебе нравятся и девочки, и мальчики. Просто дождись, когда я вырасту. Тебе не нужен этот противный неряха! Я буду намного красивее и умнее его, когда стану взрослой! И я ведь обещала, что буду хорошо учиться, чтобы стать как ты, Пи’Мин.

Он не знал, что на это ответить. Лайт снова его спас.

– Марш в комнату, ты под домашним арестом! Когда мама вернется, я расскажу ей, как ужасно ты себя вела.

– Это ты ужасный! Ты украл того, кого люблю я! Братья так не поступают!

И девочка убежала, громко хлопнув дверью.

Лайт устало поднял с пола подушку, брошенную Прим, и положил ее обратно на диван.

– Иногда я не понимаю, в кого она такая бесстыжая. Мама ее разбаловала, – с порицанием ворчал парень, не приглушая голос, будто специально стремился, чтобы младшая сестра услышала. В ответ раздалась громкая музыка, и Лайт застонал. – А ведь она еще даже не подросток. Мне уже страшно, что грядет… Пошли отсюда. Мне срочно нужна доза кофеина.

– Она, оказывается, серьезно настроена в отношении меня, – правдиво удивился Мин, когда они вышли и спускались по лестнице.

– Ты в ее глазах прекрасный принц, а я, должно быть, злая мачеха или сводная сестрица.

– Как она узнала?

– Я говорил с мамой по телефону и рассказывал, что мы сегодня идем на концерт, а она пожелала, чтобы свидание прошло удачно. И пока мы болтали, Прим услышала часть разговора. Я пошутил, что сбылась ее мечта – нашелся человек, который заберет меня, и для нее здесь освободится комната, а она устроила целое шоу из-за этого.

Иногда предугадать реакцию близких попросту невозможно, даже если и знаешь их очень хорошо. Никто и предположить не мог, что из всех членов их семей самый большой скандал из-за их отношений устроит не отец Мина, а одиннадцатилетняя сестра Лайта.

Мин до сих пор с трудом верил, что все происходит взаправду. Он встречается с Лайтом, отец понял его и не препятствует, но главное – ему больше не нужно работать в «VN Medicine». Впервые в жизни он может быть тем, кем хочет. Не сыном известного доктора. Не наследником огромного бизнеса. Не бездейственным виновником смерти матери. Не поврежденным мальчишкой.

Он собирался быть собой. И рядом будет правильный человек. Розоволосый докторишка, играющий на барабанах и… с его сердцем. Мин намеревался стать любимым инструментом Лайта.

* * *

Концерт был неприлично громким, угрожающим повредить барабанные перепонки и неистово запоминающимся. Они с Лайтом наслаждались им сполна. Страсть к музыке вывелась общей меткой на их телах невидимыми чернилами. И пускай они чувствовали себя зажатыми, как рыбешки в консервной банке, и пропитанными запахом бедности и пота, Мин бы легко обменял свои устаревшие болезненные воспоминания в роскоши на это мгновение.