– Много времени прошло, Жень, – попытался я соскочить.

– Знаю. Но для тебя это никогда не было проблемой.

Да уж. Проблемой было, что я спал с его женой незадолго до свадьбы. Я поспешил вернуться к теме.

– Как это вообще возможно? Девушка с ребенком не может исчезнуть без следов. Телефон, карты, паспорт, в конце концов.

– Хороший вопрос, Марат, – похвалил меня Женя. – Она не пользуется своим номером и не платит картами. Мои ребята хоть и старались, но доступа к паспортным данным не могут получить. Все осложняется тем, что Саша не взяла мою фамилию. Она осталась Смирновой, а таких, сам понимаешь…

– Половина России, – согласился я.

– Вот именно. У тебя остались связи в прокуратуре. Воспользуйся ими и найди ее, – приказной тон Грифа не оставлял мне права на отказ. – Ты лучший сыщик, Казаев. Поэтому я к тебе и пришел.

– Польщен, Жень, – буркнул я, поглаживая бороду.

– Назови сумму и приступай.

Мне все меньше нравился приказной тон Грифа. Даже когда мы заключали договор на охрану его имущества, он себе такого не позволял. Я мог бы полезть в бутылку, начать спорить, послать его, в конце концов, но снова не хотел наживать себе врага. Я уже давно и за все вперёд отомстил Грифу. Когда соблазнил и оттрахал его невесту.

Можно было закончить разговор на этом, но я так и не сумел побороть проклятое любопытство.

– Дело не в деньгах, Гриф. Ты же понимаешь, что я не могу не спросить…

Женя усмехнулся.

– Конечно. Ты же у нас идейный. Из прокуратуры, помню, тоже поэтому уволился. Ох, Марат, нельзя в нашем мире носить белое пальто. Ох, нельзя.

Его пренебрежительно-снисходительный тон довел меня до бешенства. Я с трудом сдерживался, чтобы не дать волю чувствам. Поборов желание послать Женьку в задницу, я повторил:

– Я не могу не спросить. Почему она сбежала? Еще и с ребенком прямо из роддома. В чем причина?

Похоже, мой серьезный тон и бычий взгляд подействовали на Грифа. Он не спешил ответить. Думаю, если бы попытался соврать, то вряд ли бы тянул. Да и почувствовал бы я любую ложь. Женя как будто подбирал слова и не находил их. В итоге он просто развел руками и сказал:

– Я сам не знаю, Марат. Не скажу, что между нами все было идеально. Как у всех. Она сделала ремонт в детской, ходила на курсы и к врачу, а потом просто исчезла. Когда ты найдешь Сашу, задай ей этот вопрос.

Я сразу отметил, что он говорит не «если найдешь», а «когда». Вопрос моего успеха был решен Грифом априори. В другом случае я бы порадовался, но с Женей меня опять напрягала эта его уверенность в себе и во мне заодно.

Но одного я не мог отрицать. Женька говорил правду. Я был уверен в этом и почти уже решил помочь приятелю. В конце концов, я был у него в долгу за ту ночь, что случилась у нас с Сашей. Меня до сих пор жрала совесть, ревность и обида. Показалось, что розыск Саши может быть моим искуплением. Как ни пафосно звучит это дерьмо.