Глава 23

Саня

Я двигался в плотном потоке машин в сторону дома, проклиная московские пробки и заново привыкая к правостороннему движению. С того момента, как Юля сбежала, казалось уже прошла вечность. С поникшей головой обратился я к тому, кто снарядил меня в Лондон полгода назад. Андрей Георгиевич Казаков, действующий полковник ФСБ, по-отечески любил меня и помнил ещё моего отца, своего друга, который геройски погиб. Бравого военного из меня не вышло, и как показала практика, разведчика тоже. Чтобы быть рядом с Юлей, я подписал все бумаги, что мне предложили, но не выполнил никаких обязательств. Эдвард держал меня на расстоянии, да я и занимался более приятными вещами. Но, возвращаясь в дела минувших дней, мой отъезд в Англию не состоялся бы без рекомендаций Андрей Георгиевича. Теперь же я вернулся к нему с повинной и единственным желанием спасти честь и жизнь любимой женщины. Благо мои интересы совпадали с интересами структур, где служил знакомый полковник. Они уже были в курсе, что сын Эдварда подорвался в Кабардино-Балкарии не просто так. Готовилась срочная операция, и меня согласились подключить к теме, прежде чем закрыть «за неисполнение».

Батарея на Юлином телефоне разрядилась окончательно. Отшвырнув его в сторону, я начал глазами выискивать любой магазин, где можно было бы приобрести подзарядку. Я держал Юлин мобильник рядом, на случай если объявится Роберт. «Думает ли она хоть немного обо мне», – крутилась мысль в голове.

В Москве как двигаться, так и выскочить из потока машин, порой проблематично. На своей старенькой «бэхе» я начал медленно выруливать к тротуару. Из динамика диджей передавал приветы по «шпионской», как мы между собой называли волну для связи.  Я не знал, насколько Юля поверила в ее существование, но все-таки с надеждой ждал от любимой женщины вестей. В то, что она знала наизусть мой номер, верилось с трудом. Я припарковался и протянул руку, чтобы выключить радио. Уже должна была начаться песня, как вдруг последнее приветствие, словно клинком разрезало воздух: «Малышу от прекрасной леди, ради которой он однажды переплыл Неву. Жду тебя в районе Голубых озер пострелять уток».

Меня прошиб холодный пот. Кратко, емко и по делу. Недаром ее разведка вербовала.

– Где же ты, родная моя, Голубые озера нашла? – я прогнал нахлынувшие воспоминания о холодной невской воде, хорошенькой девчонке, верившей мне безоглядно, и о вкусе её губ.  Карта из бардачка легла на руль, и я, отыскав Голубые озера в тех краях, где подорвались мои друзья, вооружился карандашом и принялся рассчитывать координаты.