– Детка, я люблю тебя.

Слабый свет луны проникал сквозь кроны деревьев, но я разглядела сияющую улыбку на лице Роберта.

– У нас мало времени, а самое сложное ещё впереди.

– Ты уверена в Ольге?

– Думаю, в противном случае, она бы уже подняла всех на уши, – я прижалась к груди своего львенка, прислушиваясь к биению его сердца.

– Самурай ранен, нам нужно еще его вытащить… Дай мобильник, – он коснулся губами моей макушки.

В отличии от меня Роберт знал телефон Громова наизусть. Я вслушивалась в их разговор. Михалыч не подвел, шпионская волна тоже. Группа захвата еще не вылетела из Москвы. Саня со знакомыми пацанами уже добрался до Нальчика и сейчас на пути к Голубым озерам. Естественно, без оружия, но все хорошо подготовленные к ближнему бою.

– Мы будем прорываться сами. Филатов, думаю, тоже уже на пути сюда. Так что на связи, – подытожил Роберт и сбросил звонок и набрал номер отца.

Сердце мое сжалось от радости, когда я услышала знакомые интонации Эдварда.

– Отец… – Роберт больше не смог вымолвить ни слова.

Я поняла его состояние и выхватила трубку.

– Эдвард, родной, мы живы, и мы вместе, – тихо проговорила я, – Позвони Громову, он в курсе всего. До встречи.

Залаяла собака, и я вспомнила о привязанном Базилио.

– Львенок, надо спешить, – я вложила в руку мужа пистолет.

– Вот это подарок! С тобой не пропадешь! – Роберт обнял меня за плечи, и ямочки проступили на его грязном, но довольном лице. – Для начала нужно устранить охрану и камеры, я возьму это на себя…

Глава 26

Глава 26

Ольга

С Ольги словно сняли оковы. Еще вчера она хотела умереть, а сегодня эта многоликая Юлия Фаррелл вернула ей понимание двух старых, как мир, постулатов: невозможного нет и насильно мил не будешь. Так как Эдик смотрел на Юлю, он никогда не будет смотреть на Ольгу. Хоть вывернись она перед ним шейкой матки наружу. Ольга сама влюбилась в Юлю за безудержную отвагу и харизму. Такая девушка и полк поднимет в атаку.

Ольга в последнее время подслушивала разговоры в доме, и дивилась ненависти, какую поселила эта женщина в ее боссе. Имя Юли и ее мужа часто фигурировали в беседах Сергея и Карима. Первого интересовала изощренная месть Фарреллам, второго их банковские счета. Официально остров принадлежал Кариму. Рачительный хозяин здесь все построил по уму. Ольга не могла понять, как такой рассудительный человек, пусть и бандит, так близко подпустил к себе этого кокаиниста, свихнувшегося на почве преследования бывшей невесты. Правда, Сергей тоже обладал харизмой. Возможно, потому Ольга так смело и пустилась в эту авантюру. Она даже восторгалась Сергеем. Пока однажды не оказалась случайной свидетельницей страшной сцены. Всю свою злость ее босс вымещал на девушках, хоть немного похожих на Юлю. Ольга недавно уснула в хозблоке в подвале. В тот вечер они поссорились с Эдиком. Она прорыдала на сваленной в углу мешковине часа два и не заметила, как уснула. Очнулась Ольга от женских криков. Она пошла на звук и заглянула в соседнее помещение. Сергей, со звериным рычанием трахал привязанную к кольцу в стене девушку с исполосованной спиной. Мокрая от пота и крови несчастная уже не кричала, а выла от боли. Ее худенькие запястья украшали тоненькие кольца-браслеты, и они звякали с каждым ударом тела об тело. Ольга не знала, чем помочь бедняжке. На следующий день рассказала об увиденном Эдику. Он запретил Ольге вмешиваться, пригрозив тем, что если Сергей узнает, то и ее пустит в расход. Вечером она вошла в гараж, чтобы взять немного машинного масла и смазать скрипучую дверь в кладовке. У одного из джипов был открыт багажник. Из-под брезента безжизненно свисала тоненькая рука с золотистыми браслетами. Ольга не помнила, как добралась до своей комнаты. В один из дней, когда Сергей в благодушном настроении кормил аллигаторов, Ольга подошла к нему с просьбой отпустить ее обратно в Петербург. Босс как-то странно посмотрел на нее и сказал: