– Коль, ты издеваешься? Нас люди ждут, – я силой запихала его в лифт, и мы наконец поехали наверх.

Но оказалось, что торопились зря. Встретивший нас у дверей номера Никита выглядел взволнованным:

– Ой, а у нас, кажется, все отменяется.

– Почему?

– Сема приболел, – Никита с тревогой покосился на дверь в спальню. – Ну как приболел? Переел на ночь вареной кукурузы, и теперь его ею рвет.

– А с Таней все хорошо? – я сама тоже сразу разволновалась.

Танька вынырнула из-за отца и помахала нам с Колей рукой:

– Со мной все отлично!

– Таня, тише! – тут же одернул Орлов. – Сема только уснул.

– Ладно, – я моментально попятилась назад. – Мы пойдем тогда, не будем шуметь.

– А вы сейчас куда? – Таня легонько придержала меня за руку.

– На море, – отозвался Коля.

– А можно мне с вами? – глаза девочки налились искренней мольбой.

– Пойдем! – почему-то обрадовалась я.

Если уж этот денье пройдет без Никиты, пусть хоть его дочь побудет рядом со мной. Танюшка удивительно походила на отца, и, смотря на нее, я постоянно видела Никиту.

Орлов поглядел на меня с сомнением:

– Ты хоть понимаешь, на что подписываешься?

В ответ я смогла только улыбнуться: его взгляд по-прежнему действовал на меня завораживающе.

Через минуту Танька уже собрала свои пляжные принадлежности и дополнила нашу с Колей компанию. Мы двинулись к морю.

– Кать, а займи мне немножко денежек, – вдруг попросил Коля, когда мы проходили маленький стихийный базар.